Category: экономика

Category was added automatically. Read all entries about "экономика".

Krynica

Крым и «противостояние»

Генеральный секретарь НАТО Йенс Столтенберг увязал аннексию Россией Крымского полуострова с противостоянием «великих держав»​. Это важное замечание, которое превращает конфликт вокруг Крыма – как и прочие схожие конфликты – в часть большой мировой политической драмы. И которая, думаю, делает жителей полуострова – как, впрочем, и всех остальных украинских граждан – заложниками этого большого противостояния.

Но возникает простой вопрос: а почему вообще это противостояние возникло? Когда мы были свидетелями противостояния Соединенных Штатов и Советского Союза в годы «холодной войны», мы, по крайней мере, понимали, что происходит. Это было идеологическое противостояние – пусть влияние коммунистического угара и ослабевало с каждым годом.

Тем не менее, всюду, куда приходила Москва, происходило практически одно и то же. «Народно-демократическая революция», пусть нередко и имитированная с помощью советских или кубинских оккупантов. Национализация частной собственности. Установление однопартийной диктатуры какого-нибудь очередного народного царька. Подключение захваченной страны к «лагерю народной демократии».

Словом, то, о чем иронически писал в те годы Александр Галич (советский поэт, автор и исполнитель песен, политэмигрант – КР) – «нет на свете печальнее повести, чем об этой прибавочной стоимости». И понятно, что в странах, которые ориентировались на Запад – даже если говорить о диктаторских режимах – была совершенно другая экономика, совершенно другое представление о государстве. Это было самое настоящее противостояние систем.

А нынешнее «противостояние сверхдержав», похоже, существует, в первую очередь, в голове у Путина. И потому, что современная Россия, в отличие от того же Советского Союза, уверен, никакой сверхдержавой на самом деле не является, ее экономический потенциал – тем более при такой-то огромной территории – приближает эту страну скорее к карликам, чем к великанам. И потому, что никакой альтернативной идеологической повестки российская «сфера влияния» больше не предлагает. И потому, что при всем противостоянии с цивилизованным миром Россия, как мы видим, продолжает от него зависеть, и каждое новое решение Запада об ужесточении санкций против этой страны бьет по ее экономике сильнее, чем любое разрушительное оружие. И потому, что все прекрасно знают – и на Западе, и в России – что «настоящие» санкции, которые бы разрушили российскую экономику – да, ударили бы по самому Западу, но и «противостояние» бы прекратили навсегда.

Россия – в отличие от Советского Союза – не реальный конкурент, это, уверен, скорее, мировой хулиган, с которым не хотят связываться, чтобы не появилась необходимость переходить к более решительным действиям. Проще говоря – возможно, чтобы не довести дело до большой войны, пусть даже и экономической.

И в этом – суть того, что происходит вокруг России сегодня. Жители Крыма, как и все остальные украинские граждане – заложники не противостояния сверхдержав, не конкуренции систем, не соревнования ценностей.

Они заложники этого международного хулиганства.

https://ru.krymr.com/a/vitaliy-portnikov-krym-i-protivostoyanie/30096993.html
Krynica

Геоэкономическая катастрофа

Грани.Ру:
Евразийский экономический союз создали без особых фанфар. Новость о подписании президентами Владимиром Путиным, Нурсултаном Назарбаевым и Александром Лукашенко соответствующих соглашений потерялась на фоне нарастающего противостояния власти и оппозиции в Абхазии и обиды российского лидера на то, что его не пригласили на инаугурацию украинского коллеги.

Да и сам союз получился какой-то дутый. Сколько бы ни сравнивали его создатели свое детище с Евросоюзом, а трудно себе представить, чтобы организаторы Европейского экономического сообщества при его создании отложили унификацию рынков на десятилетие. И не просто отложили бы, а еще и гордились бы этим, как гордятся в России: вот, отбрили Лукашенко, заставили его подписать без унификации и спасли 4 миллиарда долларов в год для бюджета. Так если для вас экономическое объединение с соседями - потенциальная потеря 4 миллиардов, зачем вы вообще его создаете? Ведь в экономике так не бывает!

В экономике - не бывает. А в политике, густо замешенной на ностальгии по Советскому Союзу, имперском комплексе неполноценности и непонимании, как выходить из усиливающегося кризиса, - бывает! Евразийский экономический союз - всего лишь картонная декорация, призванная скрыть беспомощность его инициаторов перед лицом действительно серьезных вызовов современности. Более десятилетия все эти стареющие ретрограды жили за счет энергетических сверхдоходов - Путин и Назарбаев опустошали недра своих стран, Лукашенко доил Россию. В результате они не просто пропустили момент, когда нужно было проводить настоящие реформы, - они еще и сформировали общества нахлебников, каленым железом выжигая в своих странах все живое и инициативное.

И вот гром грянул - и мужики бросились спасать нажитое. Путин избрал самый простой и понятный для авторитарного правителя путь: аннексия, осажденная крепость, наращивание ненависти к тем, кто снаружи, и готовность растоптать тех, кто не сошел с ума, внутри. Лукашенко тоже не стал менять тактику, выклянчивая у Путина миллиарды взамен за готовность подписать "союз обреченных". Назарбаев вообще потерялся: политик, всегда успешно лавировавший между Востоком и Западом и прекрасно понимавший, какая мина замедленного действия заложена на севере Казахстана, сам же и проложил к этой мине бикфордов шнур, согласившись с аннексией Крыма.

Когда-то я называл Евразийский союз союзом диктаторов. Но сейчас я бы назвал его союзом неадекватных - что намного хуже. Потому что эти люди все делают не так. Путин, вместо того чтобы проводить реформы и развивать инициативу россиян в условиях уменьшения энергетической маржи, увлекается бесславной войной и потакает люмпену, которого он сам же скоро не сможет кормить. Лукашенко, вместо того чтобы понять, что за российский счет он уже не проживет, выклянчивает деньги и грозит закрепостить собственных крестьян. Назарбаев, вместо того чтобы беречь территориальную целостность на постсоветском пространстве как зеницу ока, сам же ее и подрывает.

Постарели, потеряли нюх, утратили хватку, ослепли, оглохли, одурели - и, взявшись за руки, тащат собственных сограждан к пропасти под патриотические марши. Нет, это не Советский Союз - потому что Советский Союз был хоть и страшным, но осмысленным. А более бессмысленного и обреченного объединения, чем Евразийский союз неадекватных, новейшая история еще не знала.






Геоэкономическая катастрофа

Евразийский экономический союз – всего лишь картонная декорация, призванная скрыть беспомощность его инициаторов перед лицом действительно серьезных вызовов современности. Когда-то я называл Евразийский союз союзом диктаторов. Но сейчас я бы назвал его союзом неадекватных - что намного хуже. Потому что эти люди все делают не так.


Krynica

Символ веры: какую экономику нужно строить Украине


Беседуя с западными журналистами, российский президент Владимир Путин заявил, что не верит в саму возможность понижения энергетических цен. Глава правления «Газпрома» Алексей Миллер подчеркнул в своем выступлении на Петербургском экономическом форуме, что если ХХ век был веком нефти, то новый век станет газовым.

Какое все это имеет отношение к экономике, я даже не спрашиваю. Потому что думаю, что никакого. Для российского руководства экономика – это символ веры в то, что высокие энергетические цены будут всегда и именно поэтому можно ничего особо не предпринимать. А просто потреблять энергоресурсы и в ус не дуть.

Главная задача украинских экономических реформ – отказаться от веры как основы развития. Ведь очень долгое время мы верили, что для нас цены на энергоносители будут всегда дешевы – раз уж Леонид Данилович договорился с Виктором Степановичем, то так тому и быть! А потом оказалось, что отнюдь не все так просто и что цены могут быть намного выше, чем казалось и что вся наша промышленность, основанная на дешевых ценах за сырье, буквально гроша ломаного не стоит.

Долгое время мы верили, что наш металл будет стоить дорого и что у нас нет конкурентов. Но и это оказалось очередной иллюзией. Металл – как и газ, как и нефть – имеет свойство дорожать и дешеветь. В современном мире выживает только тот, кто владеет инструментарием экономики идей и реального производства. Кто умеет поощрять инициативу и изобретательность собственных граждан и кто знает, что вечным бывает только Солнце. Конечно, и это не оберегает от экономических кризисов и провалов – потому что кризисы в экономике вещь совершенно естественная и очень трудно избежать правительства, совершающего ошибки. Но эти ошибки не должны приводить к катастрофе – как в России или у нас. Потому что запас выживаемости экономики, основанной на инициативе, а не на надежде на государство и на сырье, всегда велик.

Казалось бы, у нас перед глазами печальный опыт Советского Союза. Не знаю уж, что там думали его лидеры относительно падения нефтяных цен, но факт остается фактом: командно-административная экономика буквально рухнула, не выдержав испытания реальностью. И именно поэтому от нее отказались – но так и не построили настоящей новой экономики, предпочтя разбойничью приватизацию реальному прорыву. И тоже думали, что просуществуем вечно – пока то, что казалось нам прочным государством, просто рухнуло к нашим ногам во время последнего Майдана.

Если мы не сделаем никаких выводов и из этого последнего кризиса – очевидно, не только политического, но и экономического, если не проведем необходимых реформ, пытаясь еще хоть немножечко пожить по-советски, нас ожидает еще более серьезное падение в пропасть. А время сейчас – не падать, а взлетать: только это поможет выжить в мире, становящемся все более жестким и непримиримым к тем, кто живет иллюзиями и символами, а не беспощадной экономической реальностью.

Krynica

(Деолигархизация экономики: каким быть диалогу с востоком

Россия еще долго будет «лить бензин» на украинский восток, пытаясь вернуть себе влияние, утраченное после бегства Виктора Януковича и краха криминального режима в нашей стране.

Конечно, самый оптимальный вариант для Владимира Путина – это ввод войск и оккупация хотя бы части Украины: но в Кремле понимают, что речь будет идти не только о сокрушительных для хиреющей российской экономики санкциях цивилизованного мира, а о настоящей войне. А воевать Путин явно не стремится – и именно поэтому ограничивается пока что дестабилизацией.

Каковы экономические выводы из этой дестабилизации? На самом деле утешительными их назвать нельзя. Что на самом деле должен был бы означать крах Януковича? Не только демонтаж криминальной диктатуры, одной из самых отвратительных в современной Европе, но и конец олигархической экономики. А можем ли мы сохранить восток без олигархов? И в самом ли деле считаем, что после того, как дестабилизация закончится, олигархи поблагодарят нас за поддержку и займутся экономическими преобразованиями? У меня лично есть серьезные сомнения на этот счет. В лучшем случае мы будем жить, как Италия ХХ века, с севером (центром и западом) равных шансов в экономике и мафиозно-олигархическим югом (востоком). В худшем – мафиозно-олигархический восток в очередной раз продиктует свои правила игры всем остальным – и нам ничего не останется, кроме как смириться ради единства.

Еще один вариант – диалог с востоком. К нему тоже будут призывать – и отнюдь не только россияне. Конечно, трудно представить себе диалог с диверсантами, но ведь на востоке есть и другие влиятельные силы. Эти силы могут быть заинтересованы в сохранении юго-восточных регионов в составе Украины, но отнюдь не в либеральных экономических реформах. И ценой диалога может быть как раз отказ от этих реформ – по крайней мере, в той их части, которая ущемляет патерналистский характер восточно-украинского общества.

Между тем, нужно отдавать себе отчет в том, что без серьезных экономических преобразований Украина не состоится как привлекательное государство – и все равно рано или поздно либо придет к новому революционному кризису, либо распадется. Это неприятно осознавать, но это нужно понимать. В нашей стране не просто нет возможностей для мелкого и среднего бизнеса – эти возможности можно создать. У нас слишком много населения, не заинтересованного в этих возможностях, уверенного, что не гражданин должен строить государство, а государство должно обеспечивать гражданина. Кстати, когда мы изучаем опыт грузинских реформ и пытаемся понять, почему их частично удалось провести, мы не учитываем, что значительная часть неудач крылась именно в патернализме населения – люди, воспитанные в советских условиях, просто не хотели проявлять инициативу даже тогда, когда имели возможность.

Главная проблема востока – не симпатии к России. Главная проблема востока как раз патернализм и симпатии к России обусловлены именно тем, что в соседней стране сложился режим, поощряющий подобные настроения в среде собственных граждан. Но россиян содержат на нефтедоллары, которых уже не хватает. У украинцев такого запаса благодушия просто нет.

Именно поэтому любой диалог с востоком должен подразумевать отказ политиков от популизма, а населения – от патернализма. И одновременно у населения и элиты должен быть общий интерес в деолигархизации экономики.

Иначе Украина просто не выживет.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

http://kontrakty.ua/article/77542
Krynica

(Карта будущего: почему восток может стать балластом при реформировании экономики Украины

Карта захвата областных администраций стала одним из «хитов» социальных сетей и новостных интернет-сайтов, понемногу переместившись в телевизионный эфир. На самом деле по окончании противостояния в Украине мы еще долго будем вспоминать эту карту, потому что она может оказаться картой нашего политического и экономического будущего.

Речь не о расколе страны, вовсе нет. Речь – о потенциале реформ. Ведь любое правительство Украины должно будет провести целую серию экономических реформ, необходимых для оздоровления организма, доведенного до ручки усилиями «хозяев» криминально-олигархической республики. И то, как развиваются политические процессы, может стать настоящим экономическим «зеркалом» перемен.

Там, где не существует никаких проблем с переходом власти в руки населения, может оказаться и самая большая готовность к реформированию страны. Многие люди из западных и центральных областей работают в Европе, они на собственном опыте знают, что беспроблемной патерналистской экономики не бывает, что для достижения результата необходимо работать и терпеть. Они понимают, чем отличается инициатива от ожидания «пайки», они научились диалогу с работодателями – словом, какие бы сказки не рассказывали нам о «бесперспективности» западных и центральных областей страны, на самом деле в любой экономике главная перспектива – это не ресурсы, а люди. Именно поэтому жители не имеющих нефти Швеции или Дании живут не хуже Норвегии, этого энергетического гиганта северной Европы.



Проблема востока, как это ни парадоксально сегодня прозвучит – именно в его промышленности. Эта промышленность, большая часть которой станет несомненным балластом в любой современной экономике, не только замедляет реформы в Украине, но и сковывает инициативу жителей региона. Большая часть людей даже не представляет себе, что может быть существование в рамках иной экономической формулы, что предприятия, на которых они работают, обречены – или же в случае модернизации не потребуют такого количества работников. Восток сознательно не приучали к инициативе, блокировали любые возможные способы самостоятельного заработка. Возьмем, к примеру, ту же Одессу, которая с точки зрения инициативности населения даст фору любому западноукраинскому городу. С той лишь разницей, что если у тебя ресторан во Львове, то ты уважаемый член общества. А если у тебя ресторан в Одессе, то уже завтра к тебе могут прийти «братки» и потребовать поделиться доходами или вообще отдать успешное предприятие. Ну и что, захочешь ты дальше рисковать своими доходами, а то и безопасностью – собственной и членов своей семьи? Именно поэтому инициативный восток «заточен» на извлечение сиюминутной прибыли, это чудовищный сплав металлургической и шахтерской части экономики Польши, которая и спустя годы после реформ не может выйти из депрессии, с самой настоящей мафиозной Сицилией. И считаться с этими экономическими и ментальными особенностями придется любому правительству.

Вот почему я не о расколе. Многие думают, что в случае раскола запад и центр погибнут и маргинализируются, а восток будет цвести и пахнуть. Но на самом деле в самостоятельном развитии экономики восточных областей будет заложен самый настоящий крах, который тяжким бременем ляжет на плечи соседних областей Украины, вынужденных принимать переезжающих с востока – вначале политических, а затем и экономических беженцев. Кто не верит – съездите в Приднестровье, посмотрите, сколько там людей осталось и как это вообще все выглядит. Да, большая часть жителей отделенной Москвой от Молдовы территории уехала в Россию, но вряд ли у этой страны в ее нынешнем состоянии будут политические и экономические возможности для перевариваривания миллионов «восточных» украинцев.

Так что не нужно иллюзий. Украину нужно менять целиком. Реформировать целиком. Понимая, конечно, как это непросто, Внимательно вглядываясь в карту будущего прикидывая, какими могут быть подходы к разным регионам страны. Но рук не опускать – потому что следующего шанса на настоящие изменения просто может не быть.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
http://kontrakty.ua/article/73035
Krynica

Граница войны и мира

Когда Европейский Союз предложил бывшим советским республикам программу "Восточное партнерство", а затем и подписание соглашений об ассоциации, в Брюсселе – да и в столицах стран, работавших над новой моделью эти соглашения воспринимали именно как модель доброседства и взаимной выгоды. Стало ясно, что нового расширения Европейский Союз просто не выдержит, что необходимо время для того, чтобы "переварить" экономики новых членов ЕС и разобраться с кризисом в старых – но вместе с тем необходимо создать на границах Евросоюза атмосферу стабильности и взаимопонимания. Вот что такое, собственно, "Восточное партнерство" и соглашения об ассоциации. Одновременно проводились и переговоры об особых отношениях ЕС и России, так называемых "четырех пространствах", то есть куда более глубокой форме сотрудничества, чем со странами "Восточного пространства" - то есть всем было очевидно, что никто никому не угрожает.

Всем, кроме Кремля. Потому что в Кремле – и теперь это, по-моему, уже очевидно каждому – воспринимали соглашения об ассоциации как покушение на Россию. А почему? А потому, что для российского руководства бывшие союзные республики – это Россия, если не современная, то будущая. Будущая Российская империя. И любое подписание с ними соглашений, которое не позволит эту империю воссоздать – преступление против России и ее будущего. Вот почему предпринимались такие усилия для того, чтобы сорвать подписание соглашений, оказывалось грубое давление не только на руководство Украины, но и на руководство Армении и Молдовы. Вот почему обостряется ситуация в Крыму и Приднестровье, вокруг Карабаха и Абхазии – чтобы не допустить никаких договоренностей между бывшими советскими республиками и Евросоюзом и оставить возможность для присоединения к России "всего утраченного" - путем экономического давления и даже военных действий.

Так граница между Европейским Союзом и Российской Федерацией неожиданно для самих европейцев – и, возможно, даже для самих россиян, не понимающих, в какую пропасть их увлек Кремль – превратилась в границу между цивилизацией мира и цивилизацией войны. Будем надеяться, что сегодняшнее подписание соглашения об ассоциации Украины и Евросоюзом создает нам шанс переместиться по ту сторону этой границы: да, с нами еще могут воевать – но сами мы уже никогда, никогда не будем войной.

Share on


Граница войны и мира
Krynica

Большая Абхазия - iPress.ua

Стенания на тему “Запад нам не поможет” в последнее время стали уже общим местом в украинском общественном мнении. Мы смогли избавиться от иллюзий относительно нашей абсолютной зависимости от власти, но все еще живем надеждами на то, что другие страны сделают за нас нашу работу – защиту только что обретшего себя государства, столкнувшегося с ожесточенным сопротивлением агонизирующей, но все еще агрессивной империи.
Между тем, Запад действует так, как он и может действовать во взаимоотношениях с ядерной державой. Советский Союз тоже распоряжался в чужих странах как у себя дома, не встречая, на первый взгляд, особого сопротивления – вспомним Венгрию, Чехословакию, Афганистан. И Запад тоже не спешил воевать с “империей зла” – но последовательно предпринимал шаги по ее умиротворению. А когда увидел, что умиротворение невозможно, взял курс на экономическую конкуренцию, которая, в конечном счете, и привела к перестройке, гласности и исчезновению Советского Союза с политической карты мира – самому замечательному после победы над фашизмом событию минувшего века.
Российская Федерация куда более уязвима с точки зрения экономической конкуренции, чем СССР просто потому, что необратимость демонтажа плановой экономики и параноидальная жадность ее вороватой элиты сделали Россию не просто частью мировой экономики, но – частью зависимой. Западные лидеры полагали в начале конфликта в Крыму что Владимир Путин это прекрасно понимает, что он просто жаждет уважения, что это он так шутит. Но Путин не шутил – и совершенно сознательно пошел на демонтаж самой системы международного права, не оставив Западу особого выбора. Не выбора воевать, нет – выбора отмежевываться.
Какую картину мы видим на данный момент, после решения президента Соединенных Штатов от 20 марта и накануне оглашения решения саммита Европейского Союза? На первый взгляд, ничего особенного. Персональные санкции против не очень большой группы людей со стороны Соединенных Штатов, нерешительность европейцев, ироничные комментарии фигурантов “черных списков”. Но почему же тогда рейтинговое агентство S&P понизило прогноз инвестиционного рейтинга России со стабильного на негативный? Почему эксперты предрекают российскому фондовому рынку непростые времена?
А потому, что экономика России стала совершенно непредсказуемой для потенциальных инвесторов. Путин шлет миру противоречивые сигналы – никто не знает, что он сделает завтра, пойдет ли на восток Украины или будет продолжать бряцать оружием у границ, захочет ли взять под контроль юг нашей страны или просто попытается отвоевать объекты жизнеобеспечения Крыма. Россиянам может импонировать эта загадочная агрессивность – но инвесторов интересуют их капиталы. К тому же инвесторам не повезло не только с Путиным, но и с его западными партнерами. Те тоже действуют достаточно неровно – то пытаются уговорить своих российских партнеров, то вводят персональные санкции, то обещают проблемы для целых отраслей экономики.
Любой инвестор в этой ситуации изберет тихую гавань – уж если председатель совета директоров “Газпрома”, один из создателей пресловутого кооператива “Озеро” Виктор Зубков избавился от своих “газпромовских” акций – то представим себе реакцию иностранцев. Поэтому у российского руководства есть два пути – либо молчаливо наблюдать за обвалом курса национальной валюты и фондового рынка – либо тратить миллиарды долларов на поддержание иллюзии стабильности. Судя по тому, что биржевые курсы будто и не замечают разбушевавшего мира вокруг, можно сделать вывод, что избран второй вариант. Таким образом, началось таяние российского золотовалютного резерва. И это – только начало санкций, которые не то что не достигли своего апогея, но даже не приблизились к отметке, за которой должны начаться необратимые процессы экономического краха.
Американские санкции, кроме того, разрушают не только атмосферу предсказуемости, но и атмосферу надежности. То, что их фигурантами стали “олигархи” из ближнего круга Владимира Путина – точное решение просто потому, что если вчера знакомство и деловое сотрудничество с любым из этих людей служило гарантией успеха в большом бизнесе, то теперь такая удача становится гарантией встречи с агентами ФБР. И украинский – а, фактически российский – венский заложник Дмитрий Фирташ своим новым статусом демонстрирует это каждому, кто еще не понял.
России ответить Западу нечем – можно разве что составить список американских чиновников и сенаторов, которые и в самом деле – в отличие от российских “олигархов” могут посмеяться над “симметричным ответом” или…продолжить оккупацию Украины, что может привести только к усилению санкций. При этом и сама оккупация будет стоит куда дороже, чем крымский аншлюс – в отличие от полуострова, на котором уже был размещен оккупационный контингент, в континентальную часть Украины придется вводить войска, которые вступят в боестолкновение с потенциальным противником.
Помимо самого факта неминуемых многочисленных жертв – а россияне любят парады и триумфы, а не цинковые гробы – это еще и очень накладно. А уж содержание оккупированной территории – еще дороже. Россия с большим трудом справляется с содержанием Беларуси – и это при том, что в этой стране есть своя государственная машина. А трата денег на территорию с населением в 11-12 миллионов человек и непризнанным статусом – это и вовсе непосильная ноша.
Собственно, даже и сам Крым – непосильная ноша. Уже сейчас российские экономисты предсказывают значительное увеличение государственных расходов на захваченный полуостров. Инвестировать в территорию с неопределенным статусом не будет никто – тем более при непредсказуемости российской власти. Вчера Путин говорил о территориальной целостности Украины, сегодня предлагает признать эту целостность без Крыма, завтра еще без чего-нибудь, послезавтра решит помириться с украинцами и на радостях отдаст какому-нибудь понравившемуся ему президенту и Крым, и Рим – монарх может все. А инвестор в такой ситуации не может ничего.
Поэтому Крым становится ареной для быстрого чиновничьего обогащения и траты государственных средств по образцу Южной Осетии или Абхазии – если вспомнить криминальный характер крымской власти, то даже и похлеще. При этом денег придется закачивать уйму – а новых иностранных инвестиций в это время не будет поступать не только в экономику полуострова, но и в экономику России в целом. С правовой точки зрения – и это нужно признать со всей ясностью – Путин, не захотевший превращать Крым в новую Абхазию или Приднестровье, превратил в эту новую – только очень большую Абхазию –саму Россию.





Большая Абхазия - iPress.ua
Krynica

Витрины сияют - цены снижены

Акция протеста минских автомобилистов сильно напугала хозяина страны: Александр Лукашенко распорядился срочно снизить цены на топливо и уже получил от концерна «Белнефтехим» уверения, что все будет исполнено. Похоже, белорусский президент всерьез считает, что с экономикой можно договориться – накричишь на нее, и она тут же успокоится…

Попытки снизить цены на бензин в административном порядке предпринимались и в других бывших советских республиках. К чему это приводило? К фиктивному исчезновению бензина популярных марок и фиктивному его переименованию в некие улучшенные сорта, за которые, разумеется, приходится уже намного больше платить. Таким образом, требования власти формально выполняются – а люди все равно вынуждены переплачивать втридорога. Но там, где существует хотя бы номинальный рынок, граждане саркастически относятся не столько к этому переименованию, сколько к попыткам власти отрегулировать цены. Они прекрасно понимают, что повышение цены – результат новой экономической конъюнктуры, неправильных действий правительства, ухудшения общей ситуации в стране – и просто распоряжениями ситуации не изменишь. А наиболее продвинутые знают, что дело не только в новой цене на бензин, но и в доходах населения. И что выход из ситуации – повышение уровня этих доходов и создание таких условий для проявления частной инициативы, которые позволят начинать свой бизнес и создавать новые рабочие места.


В Беларуси все иначе. Люди, привыкшие получать зарплату в государственном секторе – а именно этот сектор составляет львиную долю экономики страны – и расплачиваться за бензин, поставляемый государством – ждут от власти, что она все отрегулирует. Повысит зарплаты, пенсии и понизит цены – как было все эти годы существования рентной белорусской экономики. Что самое удивительное – среди этих людей оказался тот, кто построил для них эту рушащуюся иллюзию благополучия. Он тоже верит, что все это может. И поэтому совершенно не понимает, как вести себя с этой новой оппозицией. Оппозицией, которая пока что не выдвигает никаких политических требований, не хочет его отставки, не видит взаимосвязи между ухудшающейся ситуацией в стране и его многолетним правлением. Оппозицией, которая хочет, чтобы власть совершила чудо. И Лукашенко совершает это чудо – просто командует ценам снизиться. А новые цены устанавливать исключительно с его согласия.

Но чуда не будет. Будет дефицит. Будет нищая жизнь. Будет ежедневное, ежечасное ухудшение жизни белорусов – при усилении свирепости растерянных, а потому все больше старающихся доказать свою необходимость деградирующему режиму силовиков. C каждым новым днем теряющий хватку и не понимающий, что происходит белорусский президент будет становиться все неадекватнее и недаекватнее. Так что рано или поздно даже те, кто сегодня ждет бензинового чуда – а завтра будет ждать чуда в пустом супермаркете – поймут, что чуда не будет.


www.politcom.ru
Krynica

Пустое место

Предложив Верховной Раде назначить министра экономики Василия Цушко главой Антимонопольного комитета, президент Виктор Янукович обезглавливает ведомство, которое должно было бы считаться ключевым в эпоху кардинальных экономических реформ.

Даже если назначение нового руководителя Антимонопольного комитета и затянется, ясно что во ввереном ему министерстве господин Цушко будет сидеть на чемоданах. И пока что никто во власти не может сказать, как быстро будет назначен новый руководитель министерства экономики: по мнению одного из руководителей фракции Партии Регионов Михаила Чечетова, такое назначение может состояться уже после новогодних праздников.

В СМИ оживленно обсуждается возможная кандидатура, говорят о варианте совмещения должностей вице-премьером Сергеем Тигипко или о назначении на освободившееся место бывшего главы Государственной налоговой администрации Сергея Буряка, перешедшего из БЮТ в лагерь сторонников власти. Но политики с прогнозами не спешат. И ясно почему: министерство экономики не кажется им важным.

Это и есть индикатор экономическх реформ - вернее, их реального присутствия в нашей жизни. Если бы реформы действительно проводились, кресло министра экономики было бы главным для политиков и специалистов, думающих о собственной перспективе и перспективе страны. Это было бы главное - после президентского кресло страны. Причем как для тех, кто хотел бы его занять, так и для тех, кто назначает министра. Так как именно от правильного подбора кандидата на пост министра экономики зависит четкое проведение реформ, успех или крах усилий действующей власти. Но это когда реформы идут, а не тогда, когда страна присутствует при их имитации.

Могут возразить, что за реформы как раз и отвечает вице-премьер - но административная правда состоит в том, что никакого бюрократического аппарата, который мог бы обеспечивать реформаторскую активность вице-премьера, нет. А в министерстве экономики он есть. Только никому и в голову не приходит его использовать.

Показательно, что даже в разгар предпринимательских протестов никто не вспоминал о господине Цушко и не требовал его отставки с поста министра экономики. И это совершенно логично: министр ни в чем не провинился перед предпринимателями, так как министерство экономики не участвовало в разработке пресловутого Налогового кодекса. Может быть, и не должно было? Может быть, у министерства есть другие, куда более важные функции? Не сомневаюсь. Были и будут - когда в стране не проводятся реформы, у министерства экономики есть масса задач по поддерджанию в относительно работоспособном состоянии неработоспособной системы. Этим министерство и занималось, этим и будет заниматься при новом министре, кресло которого мало кого интересует.

www.newsru.ua
Krynica

(no subject)

КРИЗИС В РЕАЛЬНОМ ВРЕМЕНИ
Виталий Портников
Российский премьер-министр Владимир Путин сообщил журналистам, что вместе с президентом Дмитрием Медведевым следит за мировым финансовым кризисом в реальном времени – при правительстве России создана специальная рабочая группа, которая должна заниматься реагированием на происходящее. О эффективности решений этой рабочей группы судить не будем – все-таки в российских условиях ее задачей является еще и охрана корпоративных интересов, а не только защита экономики. Но, тем не менее, отслеживать мировой финансовый кризис в реальном времени совершенно логично – так поступают правительства всех западных стран. Постоянно проходят совещания, встречи в верхах, вырабатываются срочные меры, призванные хотя бы как-то минимизировать возможный ущерб. Но мало что помогает – мир трясет и долго еще будет трясти. Мы входим в совершенно новую экономическую эпоху, время разочарований, известное нам разве что по учебникам истории прошлого века. Collapse )