Category: экономика

Category was added automatically. Read all entries about "экономика".

Krynica

Нацбанк без председателя: захват последней независимой институции

В пятницу вечером украинский парламент отправил в отставку председателя Национального банка Украины Якова Смолия. Эту отставку нельзя было назвать предсказуемой: срок контракта главы Нацбанка истекал только в 2025 году. Однако Смолий предпочел покинуть должность по собственному желанию, заявив о систематическом политическом давлении на руководство банка.

И хотя позднее теперь уже бывший председатель НБУ обвинил в этом давлении прежде всего представителей депутатского корпуса, тем не менее многие наблюдатели в украинской столице уверены, что у Смолия, возглавившего Нацбанк еще в 2018 году, не сложились отношения с новым президентом страны Владимиром Зеленским.

После того как Зеленский установил контроль над парламентом и правительством страны, Национальный банк оставался, по сути, единственной институцией, которая могла хотя бы теоретически проводить самостоятельную политику и ограждать государство от популистских намерений. Именно поэтому в конечном счете удалось добиться новых договоренностей с МВФ и продолжить сотрудничество с другими финансовыми институтами.

Кстати, говоря о политическом давлении, Яков Смолий упоминает о направлении в Конституционный суд так называемого «банковского» закона, который делает невозможным возвращение ранее национализированных банков их бывшим владельцам. Против принятия этого закона выступал всесильный олигарх Игорь Коломойский, остающийся важным партнером президента Владимира Зеленского.

Однако на принятии закона настаивали в МВФ и президент был вынужден его поддержать – без этого закона не было бы нового транша, а без нового транша наступил бы дефолт. Однако сразу же после того как договоренности с МВФ были достигнуты, был запущен процесс, который может привести к отмене уже принятого законодательства. А сразу же после того как поступили первые деньги от МВФ, появилось заявление об отставке председателя Национального банка.

Отставка эта была воспринята международными партнерами Украины с редким единодушием. И в Еврокомиссии, и в МВФ, и в «группе семи» предупреждают, что независимость Национального банка остается важным достижением украинских реформ и главным условием для продолжения финансовой поддержки Украины. И в этой ситуации Владимир Зеленский оказывается перед непростым выбором. Если на смену Якову Смолию придет человек с такой же независимой позицией, это не позволит запустить на полную мощность печатный станок.

А без этого печатного станка государство просто не сможет исполнить свои социальные обязательства, начнутся систематические невыплаты зарплат и пенсий и – как результат – социальный крах и дестабилизация страны. Но если обеспечить контроль над Нацбанком, то не удастся получить новые деньги, необходимые для выплат по долгам. А это опять-таки инфляция, превращение гривны в ничем не обеспеченную бумагу, социальный крах.

Конечно, можно пустить на поддержание курса гривны валютные резервы, накопленные предшественниками. Но тогда это просто будет отложенная смерть украинской экономики. А рассчитывать на профессиональный подход, который позволил бы сохранить стабильность валюты и одновременно обеспечить социальные обязательства и экономический рост, пока что не приходится.

Каким окажется выбор украинского президента, мы узнаем только после назначения нового главы НБУ. Владимир Зеленский уже проводил по этому поводу совещание со своими соратниками и подчеркнул, что обеспечение независимости Нацбанка остается для него приоритетом. Остается только понять, что глава государства понимает под такой независимостью.

https://vot-tak.tv/novosti/natsbank-bez-predsedatelya-zahvat-poslednej-nezavisimoj-institutsii/
Krynica

Мы живем среди живых мертвецов

Когда главной положительной новостью о динамике цен на нефтяных рынках становятся сообщения о том, что эта цена вновь поднялась выше ноля, то следует признать, что мы оказались в совершенно новом экономическом пространстве и в совершенно новых политических реалиях
Украины это касается в первую очередь просто потому, что Украина – сосед России. И Россия, к тому же, оккупирует часть ее территории, дестабилизирует ситуацию в нашей стране, поддерживает пророссийских политиков и благоволит популистам и авантюристам.

Для России снижение нефтяных цен не может не оказаться фатальным. Разговоры о том, что эта страна успешно переживет энергетический кризис благодаря резервам, не выдерживают никакой критики. Это – не энергетический кризис. Это – глобальный экономический кризис. Советский Союз, между прочим, погиб благодаря именно энергетическому кризису. Если бы не плановая экономика и не дефективная идеология, если бы не имперская структура, он мог бы и выжить.

Выжить во время глобального экономического кризиса стране, все благополучие которой построено исключительно на нефти и газе, будет еще труднее. Сейчас начнется настоящая борьба за выживание. Выживут сильнейшие. Россия к ним явно не относится. Уже ценовая война последних недель была войной за вытеснение России со скукоживающегося нефтяного рынка. А сейчас уже и рынка-то никакого нет.

Понятно, что проблемы будут не только у россиян. Проблемы будут и у американских нефтяников – вот только добыча нефти не является определяющим фактором для экономики США. Проблемы будут и у монархий Персидского залива – вот только себестоимость нефти там ниже, а ресурсов больше. А вот Россия…

Когда сенатор Джон Маккейн назвал Россию «бензоколонкой, пытающейся выдать себя за страну», многие считали это просто красивым образом. Но это так и есть, мы еще убедимся в справедливости слов сенатора. Крах путинской России – это вопрос времени. Понятно, что это не произойдет за несколько дней, месяцев, может быть, даже лет – хотя кто знает. Но теперь можно с уверенностью сказать, что это произойдет.

Что будет происходить с нами? Уберется ли Россия из Крыма и Донбасса, как быстро прекратит войну – вот первый вопрос, на который захотят получить ответ читатели. Отвечу честно: Кремль будет держаться за оккупированные территории столько, сколько у него хватит сил. И у нас, и в Грузии, и в Молдове. Зато начнут происходить совершенно другие, на самом деле куда более значимые для будущего нашей страны события.

В России начнут экономить на доброжелателях. На пропаганде. На политических проститутках. Мы с удивлением увидим, как начнут скукоживаться пророссийские партии, пророссийские телевизионные каналы, как начнут исчезать пророссийские пропагандисты из социальных сетей. Как у многих любителей «русского мира» резко начнет остывать любовь к России – потому что за нее перестанут выплачивать гонорары.

Так жители западных стран в 80-е – 90-е годы с изумлением наблюдали за исчезновением международного коммунистического движения вместе с его активистами, газетами, демонстрациями в защиту мира. Еще вчера коммунисты претендовали на власть даже в таких странах, как Франция или Италия, а сегодня они спешно распродавали имущество и объявляли себя демократами. А все потому, что у международного отдела ЦК КПСС окончился бюджет. Нужно просто перестать платить.

Кстати, к западным политикам-популистам на российском содержании – левым и правым – это сейчас тоже относится. Многие из них исчезнут, будто бы их и не было никогда. Но вернемся в Украину. В Украине мы уже живем среди живых мертвецов. Деятельность большинства наших игроков – от олигархов до депутатов – которые строили свою карьеру на примирении с Кремлем – потеряла всякий смысл. В этом аквариуме они не поймают больше ни одной рыбки. Даже мечта менеджеров "95 квартала" о продаже замечательных сериалов в Россию не имеет никакого значения. Больше им не удастся продать ни одно произведение искусства – не заплатят.

Деньги теперь можно будет найти – нет, не найти, а заработать или одолжить только на Западе. И, конечно, в нашей стране – если грамотно выстроить ее экономику в период экономической пандемии.

Именно поэтому я и говорю о живых мертвецах. Гораздо раньше, чем вы думаете, в нашей стране будет другая власть и другие общественные настроения. Гораздо быстрее все, кто смогут, переквалифицируются в патриотов. Гораздо проще, чем кажется, скукожатся наши олигархи. Украине легче будет стать Украиной – и только так мы преодолеем начавшуюся в эти дни эпоху тотальной бедности.

А то, что мы наблюдаем сегодня – и в нашей власти, и в Кремле – это судороги прошлого. Это агония. К будущему все это никакого отношения не имеет.

https://ru.espreso.tv/article/2020/04/21/vytalyy_portnykov_my_zhyvem_sredy_zhyvykh_mertvecov
Krynica

Крым и «противостояние»

Генеральный секретарь НАТО Йенс Столтенберг увязал аннексию Россией Крымского полуострова с противостоянием «великих держав»​. Это важное замечание, которое превращает конфликт вокруг Крыма – как и прочие схожие конфликты – в часть большой мировой политической драмы. И которая, думаю, делает жителей полуострова – как, впрочем, и всех остальных украинских граждан – заложниками этого большого противостояния.

Но возникает простой вопрос: а почему вообще это противостояние возникло? Когда мы были свидетелями противостояния Соединенных Штатов и Советского Союза в годы «холодной войны», мы, по крайней мере, понимали, что происходит. Это было идеологическое противостояние – пусть влияние коммунистического угара и ослабевало с каждым годом.

Тем не менее, всюду, куда приходила Москва, происходило практически одно и то же. «Народно-демократическая революция», пусть нередко и имитированная с помощью советских или кубинских оккупантов. Национализация частной собственности. Установление однопартийной диктатуры какого-нибудь очередного народного царька. Подключение захваченной страны к «лагерю народной демократии».

Словом, то, о чем иронически писал в те годы Александр Галич (советский поэт, автор и исполнитель песен, политэмигрант – КР) – «нет на свете печальнее повести, чем об этой прибавочной стоимости». И понятно, что в странах, которые ориентировались на Запад – даже если говорить о диктаторских режимах – была совершенно другая экономика, совершенно другое представление о государстве. Это было самое настоящее противостояние систем.

А нынешнее «противостояние сверхдержав», похоже, существует, в первую очередь, в голове у Путина. И потому, что современная Россия, в отличие от того же Советского Союза, уверен, никакой сверхдержавой на самом деле не является, ее экономический потенциал – тем более при такой-то огромной территории – приближает эту страну скорее к карликам, чем к великанам. И потому, что никакой альтернативной идеологической повестки российская «сфера влияния» больше не предлагает. И потому, что при всем противостоянии с цивилизованным миром Россия, как мы видим, продолжает от него зависеть, и каждое новое решение Запада об ужесточении санкций против этой страны бьет по ее экономике сильнее, чем любое разрушительное оружие. И потому, что все прекрасно знают – и на Западе, и в России – что «настоящие» санкции, которые бы разрушили российскую экономику – да, ударили бы по самому Западу, но и «противостояние» бы прекратили навсегда.

Россия – в отличие от Советского Союза – не реальный конкурент, это, уверен, скорее, мировой хулиган, с которым не хотят связываться, чтобы не появилась необходимость переходить к более решительным действиям. Проще говоря – возможно, чтобы не довести дело до большой войны, пусть даже и экономической.

И в этом – суть того, что происходит вокруг России сегодня. Жители Крыма, как и все остальные украинские граждане – заложники не противостояния сверхдержав, не конкуренции систем, не соревнования ценностей.

Они заложники этого международного хулиганства.

https://ru.krymr.com/a/vitaliy-portnikov-krym-i-protivostoyanie/30096993.html
Krynica

Чего боится Путин

Сегодня Европейской комиссии предстоит определиться с пакетом санкций, которые станут ответом на открытое вторжение российских войск на территорию Украины. Считать, что новых санкций не будет вообще только потому, что об их неприятии заявило несколько стран Евросоюза, не стоит. Зависимость этих стран от ведущих экономик ЕС столь велика, что они могут позволить себе исключительно политические заявления, не способные повлиять на общую стратегию. Но в чем с ними действительно будут считаться – так это в защите несогласными собственных национальных интересов.

Проще говоря – санкции будут, но только не такие, которые ударят по экономикам Словакии, Венгрии или Кипра. А это означает, что мы вновь столкнемся с реакцией, которая приведет к кумулятивному эффекту – в то время как российская экономика буквально умоляет "сломать ее полностью". Да-да, я не оговорился - именно российская экономика. Ведь развитие российской экономики завершено и может возобновиться только после краха режима Владимира Путина и переформатирования российской государственности. А этот крах – учитывая тотальную безответственность жителей России, так и не ставших ее гражданами – возможен только при полном крахе экономики. Поэтому жесткие санкции против российской экономики – это действенная помощь не только Украине, но и России. Я бы сказал – России прежде всего.

Но поскольку национальные интересы Словакии как члена ЕС важнее национальных интересов Украины и России, не входящих в это сообщество, мы будем свидетелями продолжения агрессивной политики Владимира Путина, новых вторжений его войск, новых смертей и диверсий, окончательной маргинализации Донбасса и Крыма, серьезных экономических проблем в собственной стране и осложнений в российской экономике. При этом жесткие санкции все равно придется вводить – когда российский Балтийский флот решит обстрелять (по ошибке конечно, и не флот, а калининградская самооборона) территорию Польши или Литвы или когда "зеленые человечки" появятся в Северном Казахстане или эстонской Нарве.

Ведь Владимир Путин искренне уверен, что теперь ему можно все – и препятствиями для российского президента являются недостаток ресурсов и страх перед большими жертвами. Но страх может пройти, когда россиянам объяснят, что на миру и смерть красна и ради борьбы со всемирным фашизмом можно потерять пару миллионов молодого здорового населения – это ж герои, освобождающие то, за что деды воевали. А вот недостаток ресурсов – то, что Запад способен обеспечить, если перестанет думать о собственных потерях и поймет, что ликвидация российской экономики предотвращает большую войну на двух континентах.

Share on twitterShare on livejournal





Чего боится Путин
Krynica

Геоэкономическая катастрофа

Грани.Ру:
Евразийский экономический союз создали без особых фанфар. Новость о подписании президентами Владимиром Путиным, Нурсултаном Назарбаевым и Александром Лукашенко соответствующих соглашений потерялась на фоне нарастающего противостояния власти и оппозиции в Абхазии и обиды российского лидера на то, что его не пригласили на инаугурацию украинского коллеги.

Да и сам союз получился какой-то дутый. Сколько бы ни сравнивали его создатели свое детище с Евросоюзом, а трудно себе представить, чтобы организаторы Европейского экономического сообщества при его создании отложили унификацию рынков на десятилетие. И не просто отложили бы, а еще и гордились бы этим, как гордятся в России: вот, отбрили Лукашенко, заставили его подписать без унификации и спасли 4 миллиарда долларов в год для бюджета. Так если для вас экономическое объединение с соседями - потенциальная потеря 4 миллиардов, зачем вы вообще его создаете? Ведь в экономике так не бывает!

В экономике - не бывает. А в политике, густо замешенной на ностальгии по Советскому Союзу, имперском комплексе неполноценности и непонимании, как выходить из усиливающегося кризиса, - бывает! Евразийский экономический союз - всего лишь картонная декорация, призванная скрыть беспомощность его инициаторов перед лицом действительно серьезных вызовов современности. Более десятилетия все эти стареющие ретрограды жили за счет энергетических сверхдоходов - Путин и Назарбаев опустошали недра своих стран, Лукашенко доил Россию. В результате они не просто пропустили момент, когда нужно было проводить настоящие реформы, - они еще и сформировали общества нахлебников, каленым железом выжигая в своих странах все живое и инициативное.

И вот гром грянул - и мужики бросились спасать нажитое. Путин избрал самый простой и понятный для авторитарного правителя путь: аннексия, осажденная крепость, наращивание ненависти к тем, кто снаружи, и готовность растоптать тех, кто не сошел с ума, внутри. Лукашенко тоже не стал менять тактику, выклянчивая у Путина миллиарды взамен за готовность подписать "союз обреченных". Назарбаев вообще потерялся: политик, всегда успешно лавировавший между Востоком и Западом и прекрасно понимавший, какая мина замедленного действия заложена на севере Казахстана, сам же и проложил к этой мине бикфордов шнур, согласившись с аннексией Крыма.

Когда-то я называл Евразийский союз союзом диктаторов. Но сейчас я бы назвал его союзом неадекватных - что намного хуже. Потому что эти люди все делают не так. Путин, вместо того чтобы проводить реформы и развивать инициативу россиян в условиях уменьшения энергетической маржи, увлекается бесславной войной и потакает люмпену, которого он сам же скоро не сможет кормить. Лукашенко, вместо того чтобы понять, что за российский счет он уже не проживет, выклянчивает деньги и грозит закрепостить собственных крестьян. Назарбаев, вместо того чтобы беречь территориальную целостность на постсоветском пространстве как зеницу ока, сам же ее и подрывает.

Постарели, потеряли нюх, утратили хватку, ослепли, оглохли, одурели - и, взявшись за руки, тащат собственных сограждан к пропасти под патриотические марши. Нет, это не Советский Союз - потому что Советский Союз был хоть и страшным, но осмысленным. А более бессмысленного и обреченного объединения, чем Евразийский союз неадекватных, новейшая история еще не знала.






Геоэкономическая катастрофа

Евразийский экономический союз – всего лишь картонная декорация, призванная скрыть беспомощность его инициаторов перед лицом действительно серьезных вызовов современности. Когда-то я называл Евразийский союз союзом диктаторов. Но сейчас я бы назвал его союзом неадекватных - что намного хуже. Потому что эти люди все делают не так.


Krynica

Символ веры: какую экономику нужно строить Украине


Беседуя с западными журналистами, российский президент Владимир Путин заявил, что не верит в саму возможность понижения энергетических цен. Глава правления «Газпрома» Алексей Миллер подчеркнул в своем выступлении на Петербургском экономическом форуме, что если ХХ век был веком нефти, то новый век станет газовым.

Какое все это имеет отношение к экономике, я даже не спрашиваю. Потому что думаю, что никакого. Для российского руководства экономика – это символ веры в то, что высокие энергетические цены будут всегда и именно поэтому можно ничего особо не предпринимать. А просто потреблять энергоресурсы и в ус не дуть.

Главная задача украинских экономических реформ – отказаться от веры как основы развития. Ведь очень долгое время мы верили, что для нас цены на энергоносители будут всегда дешевы – раз уж Леонид Данилович договорился с Виктором Степановичем, то так тому и быть! А потом оказалось, что отнюдь не все так просто и что цены могут быть намного выше, чем казалось и что вся наша промышленность, основанная на дешевых ценах за сырье, буквально гроша ломаного не стоит.

Долгое время мы верили, что наш металл будет стоить дорого и что у нас нет конкурентов. Но и это оказалось очередной иллюзией. Металл – как и газ, как и нефть – имеет свойство дорожать и дешеветь. В современном мире выживает только тот, кто владеет инструментарием экономики идей и реального производства. Кто умеет поощрять инициативу и изобретательность собственных граждан и кто знает, что вечным бывает только Солнце. Конечно, и это не оберегает от экономических кризисов и провалов – потому что кризисы в экономике вещь совершенно естественная и очень трудно избежать правительства, совершающего ошибки. Но эти ошибки не должны приводить к катастрофе – как в России или у нас. Потому что запас выживаемости экономики, основанной на инициативе, а не на надежде на государство и на сырье, всегда велик.

Казалось бы, у нас перед глазами печальный опыт Советского Союза. Не знаю уж, что там думали его лидеры относительно падения нефтяных цен, но факт остается фактом: командно-административная экономика буквально рухнула, не выдержав испытания реальностью. И именно поэтому от нее отказались – но так и не построили настоящей новой экономики, предпочтя разбойничью приватизацию реальному прорыву. И тоже думали, что просуществуем вечно – пока то, что казалось нам прочным государством, просто рухнуло к нашим ногам во время последнего Майдана.

Если мы не сделаем никаких выводов и из этого последнего кризиса – очевидно, не только политического, но и экономического, если не проведем необходимых реформ, пытаясь еще хоть немножечко пожить по-советски, нас ожидает еще более серьезное падение в пропасть. А время сейчас – не падать, а взлетать: только это поможет выжить в мире, становящемся все более жестким и непримиримым к тем, кто живет иллюзиями и символами, а не беспощадной экономической реальностью.

Krynica

(Деолигархизация экономики: каким быть диалогу с востоком

Россия еще долго будет «лить бензин» на украинский восток, пытаясь вернуть себе влияние, утраченное после бегства Виктора Януковича и краха криминального режима в нашей стране.

Конечно, самый оптимальный вариант для Владимира Путина – это ввод войск и оккупация хотя бы части Украины: но в Кремле понимают, что речь будет идти не только о сокрушительных для хиреющей российской экономики санкциях цивилизованного мира, а о настоящей войне. А воевать Путин явно не стремится – и именно поэтому ограничивается пока что дестабилизацией.

Каковы экономические выводы из этой дестабилизации? На самом деле утешительными их назвать нельзя. Что на самом деле должен был бы означать крах Януковича? Не только демонтаж криминальной диктатуры, одной из самых отвратительных в современной Европе, но и конец олигархической экономики. А можем ли мы сохранить восток без олигархов? И в самом ли деле считаем, что после того, как дестабилизация закончится, олигархи поблагодарят нас за поддержку и займутся экономическими преобразованиями? У меня лично есть серьезные сомнения на этот счет. В лучшем случае мы будем жить, как Италия ХХ века, с севером (центром и западом) равных шансов в экономике и мафиозно-олигархическим югом (востоком). В худшем – мафиозно-олигархический восток в очередной раз продиктует свои правила игры всем остальным – и нам ничего не останется, кроме как смириться ради единства.

Еще один вариант – диалог с востоком. К нему тоже будут призывать – и отнюдь не только россияне. Конечно, трудно представить себе диалог с диверсантами, но ведь на востоке есть и другие влиятельные силы. Эти силы могут быть заинтересованы в сохранении юго-восточных регионов в составе Украины, но отнюдь не в либеральных экономических реформах. И ценой диалога может быть как раз отказ от этих реформ – по крайней мере, в той их части, которая ущемляет патерналистский характер восточно-украинского общества.

Между тем, нужно отдавать себе отчет в том, что без серьезных экономических преобразований Украина не состоится как привлекательное государство – и все равно рано или поздно либо придет к новому революционному кризису, либо распадется. Это неприятно осознавать, но это нужно понимать. В нашей стране не просто нет возможностей для мелкого и среднего бизнеса – эти возможности можно создать. У нас слишком много населения, не заинтересованного в этих возможностях, уверенного, что не гражданин должен строить государство, а государство должно обеспечивать гражданина. Кстати, когда мы изучаем опыт грузинских реформ и пытаемся понять, почему их частично удалось провести, мы не учитываем, что значительная часть неудач крылась именно в патернализме населения – люди, воспитанные в советских условиях, просто не хотели проявлять инициативу даже тогда, когда имели возможность.

Главная проблема востока – не симпатии к России. Главная проблема востока как раз патернализм и симпатии к России обусловлены именно тем, что в соседней стране сложился режим, поощряющий подобные настроения в среде собственных граждан. Но россиян содержат на нефтедоллары, которых уже не хватает. У украинцев такого запаса благодушия просто нет.

Именно поэтому любой диалог с востоком должен подразумевать отказ политиков от популизма, а населения – от патернализма. И одновременно у населения и элиты должен быть общий интерес в деолигархизации экономики.

Иначе Украина просто не выживет.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

http://kontrakty.ua/article/77542
Krynica

(Карта будущего: почему восток может стать балластом при реформировании экономики Украины

Карта захвата областных администраций стала одним из «хитов» социальных сетей и новостных интернет-сайтов, понемногу переместившись в телевизионный эфир. На самом деле по окончании противостояния в Украине мы еще долго будем вспоминать эту карту, потому что она может оказаться картой нашего политического и экономического будущего.

Речь не о расколе страны, вовсе нет. Речь – о потенциале реформ. Ведь любое правительство Украины должно будет провести целую серию экономических реформ, необходимых для оздоровления организма, доведенного до ручки усилиями «хозяев» криминально-олигархической республики. И то, как развиваются политические процессы, может стать настоящим экономическим «зеркалом» перемен.

Там, где не существует никаких проблем с переходом власти в руки населения, может оказаться и самая большая готовность к реформированию страны. Многие люди из западных и центральных областей работают в Европе, они на собственном опыте знают, что беспроблемной патерналистской экономики не бывает, что для достижения результата необходимо работать и терпеть. Они понимают, чем отличается инициатива от ожидания «пайки», они научились диалогу с работодателями – словом, какие бы сказки не рассказывали нам о «бесперспективности» западных и центральных областей страны, на самом деле в любой экономике главная перспектива – это не ресурсы, а люди. Именно поэтому жители не имеющих нефти Швеции или Дании живут не хуже Норвегии, этого энергетического гиганта северной Европы.



Проблема востока, как это ни парадоксально сегодня прозвучит – именно в его промышленности. Эта промышленность, большая часть которой станет несомненным балластом в любой современной экономике, не только замедляет реформы в Украине, но и сковывает инициативу жителей региона. Большая часть людей даже не представляет себе, что может быть существование в рамках иной экономической формулы, что предприятия, на которых они работают, обречены – или же в случае модернизации не потребуют такого количества работников. Восток сознательно не приучали к инициативе, блокировали любые возможные способы самостоятельного заработка. Возьмем, к примеру, ту же Одессу, которая с точки зрения инициативности населения даст фору любому западноукраинскому городу. С той лишь разницей, что если у тебя ресторан во Львове, то ты уважаемый член общества. А если у тебя ресторан в Одессе, то уже завтра к тебе могут прийти «братки» и потребовать поделиться доходами или вообще отдать успешное предприятие. Ну и что, захочешь ты дальше рисковать своими доходами, а то и безопасностью – собственной и членов своей семьи? Именно поэтому инициативный восток «заточен» на извлечение сиюминутной прибыли, это чудовищный сплав металлургической и шахтерской части экономики Польши, которая и спустя годы после реформ не может выйти из депрессии, с самой настоящей мафиозной Сицилией. И считаться с этими экономическими и ментальными особенностями придется любому правительству.

Вот почему я не о расколе. Многие думают, что в случае раскола запад и центр погибнут и маргинализируются, а восток будет цвести и пахнуть. Но на самом деле в самостоятельном развитии экономики восточных областей будет заложен самый настоящий крах, который тяжким бременем ляжет на плечи соседних областей Украины, вынужденных принимать переезжающих с востока – вначале политических, а затем и экономических беженцев. Кто не верит – съездите в Приднестровье, посмотрите, сколько там людей осталось и как это вообще все выглядит. Да, большая часть жителей отделенной Москвой от Молдовы территории уехала в Россию, но вряд ли у этой страны в ее нынешнем состоянии будут политические и экономические возможности для перевариваривания миллионов «восточных» украинцев.

Так что не нужно иллюзий. Украину нужно менять целиком. Реформировать целиком. Понимая, конечно, как это непросто, Внимательно вглядываясь в карту будущего прикидывая, какими могут быть подходы к разным регионам страны. Но рук не опускать – потому что следующего шанса на настоящие изменения просто может не быть.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
http://kontrakty.ua/article/73035
Krynica

Граница войны и мира

Когда Европейский Союз предложил бывшим советским республикам программу "Восточное партнерство", а затем и подписание соглашений об ассоциации, в Брюсселе – да и в столицах стран, работавших над новой моделью эти соглашения воспринимали именно как модель доброседства и взаимной выгоды. Стало ясно, что нового расширения Европейский Союз просто не выдержит, что необходимо время для того, чтобы "переварить" экономики новых членов ЕС и разобраться с кризисом в старых – но вместе с тем необходимо создать на границах Евросоюза атмосферу стабильности и взаимопонимания. Вот что такое, собственно, "Восточное партнерство" и соглашения об ассоциации. Одновременно проводились и переговоры об особых отношениях ЕС и России, так называемых "четырех пространствах", то есть куда более глубокой форме сотрудничества, чем со странами "Восточного пространства" - то есть всем было очевидно, что никто никому не угрожает.

Всем, кроме Кремля. Потому что в Кремле – и теперь это, по-моему, уже очевидно каждому – воспринимали соглашения об ассоциации как покушение на Россию. А почему? А потому, что для российского руководства бывшие союзные республики – это Россия, если не современная, то будущая. Будущая Российская империя. И любое подписание с ними соглашений, которое не позволит эту империю воссоздать – преступление против России и ее будущего. Вот почему предпринимались такие усилия для того, чтобы сорвать подписание соглашений, оказывалось грубое давление не только на руководство Украины, но и на руководство Армении и Молдовы. Вот почему обостряется ситуация в Крыму и Приднестровье, вокруг Карабаха и Абхазии – чтобы не допустить никаких договоренностей между бывшими советскими республиками и Евросоюзом и оставить возможность для присоединения к России "всего утраченного" - путем экономического давления и даже военных действий.

Так граница между Европейским Союзом и Российской Федерацией неожиданно для самих европейцев – и, возможно, даже для самих россиян, не понимающих, в какую пропасть их увлек Кремль – превратилась в границу между цивилизацией мира и цивилизацией войны. Будем надеяться, что сегодняшнее подписание соглашения об ассоциации Украины и Евросоюзом создает нам шанс переместиться по ту сторону этой границы: да, с нами еще могут воевать – но сами мы уже никогда, никогда не будем войной.

Share on


Граница войны и мира
Krynica

Большая Абхазия - iPress.ua

Стенания на тему “Запад нам не поможет” в последнее время стали уже общим местом в украинском общественном мнении. Мы смогли избавиться от иллюзий относительно нашей абсолютной зависимости от власти, но все еще живем надеждами на то, что другие страны сделают за нас нашу работу – защиту только что обретшего себя государства, столкнувшегося с ожесточенным сопротивлением агонизирующей, но все еще агрессивной империи.
Между тем, Запад действует так, как он и может действовать во взаимоотношениях с ядерной державой. Советский Союз тоже распоряжался в чужих странах как у себя дома, не встречая, на первый взгляд, особого сопротивления – вспомним Венгрию, Чехословакию, Афганистан. И Запад тоже не спешил воевать с “империей зла” – но последовательно предпринимал шаги по ее умиротворению. А когда увидел, что умиротворение невозможно, взял курс на экономическую конкуренцию, которая, в конечном счете, и привела к перестройке, гласности и исчезновению Советского Союза с политической карты мира – самому замечательному после победы над фашизмом событию минувшего века.
Российская Федерация куда более уязвима с точки зрения экономической конкуренции, чем СССР просто потому, что необратимость демонтажа плановой экономики и параноидальная жадность ее вороватой элиты сделали Россию не просто частью мировой экономики, но – частью зависимой. Западные лидеры полагали в начале конфликта в Крыму что Владимир Путин это прекрасно понимает, что он просто жаждет уважения, что это он так шутит. Но Путин не шутил – и совершенно сознательно пошел на демонтаж самой системы международного права, не оставив Западу особого выбора. Не выбора воевать, нет – выбора отмежевываться.
Какую картину мы видим на данный момент, после решения президента Соединенных Штатов от 20 марта и накануне оглашения решения саммита Европейского Союза? На первый взгляд, ничего особенного. Персональные санкции против не очень большой группы людей со стороны Соединенных Штатов, нерешительность европейцев, ироничные комментарии фигурантов “черных списков”. Но почему же тогда рейтинговое агентство S&P понизило прогноз инвестиционного рейтинга России со стабильного на негативный? Почему эксперты предрекают российскому фондовому рынку непростые времена?
А потому, что экономика России стала совершенно непредсказуемой для потенциальных инвесторов. Путин шлет миру противоречивые сигналы – никто не знает, что он сделает завтра, пойдет ли на восток Украины или будет продолжать бряцать оружием у границ, захочет ли взять под контроль юг нашей страны или просто попытается отвоевать объекты жизнеобеспечения Крыма. Россиянам может импонировать эта загадочная агрессивность – но инвесторов интересуют их капиталы. К тому же инвесторам не повезло не только с Путиным, но и с его западными партнерами. Те тоже действуют достаточно неровно – то пытаются уговорить своих российских партнеров, то вводят персональные санкции, то обещают проблемы для целых отраслей экономики.
Любой инвестор в этой ситуации изберет тихую гавань – уж если председатель совета директоров “Газпрома”, один из создателей пресловутого кооператива “Озеро” Виктор Зубков избавился от своих “газпромовских” акций – то представим себе реакцию иностранцев. Поэтому у российского руководства есть два пути – либо молчаливо наблюдать за обвалом курса национальной валюты и фондового рынка – либо тратить миллиарды долларов на поддержание иллюзии стабильности. Судя по тому, что биржевые курсы будто и не замечают разбушевавшего мира вокруг, можно сделать вывод, что избран второй вариант. Таким образом, началось таяние российского золотовалютного резерва. И это – только начало санкций, которые не то что не достигли своего апогея, но даже не приблизились к отметке, за которой должны начаться необратимые процессы экономического краха.
Американские санкции, кроме того, разрушают не только атмосферу предсказуемости, но и атмосферу надежности. То, что их фигурантами стали “олигархи” из ближнего круга Владимира Путина – точное решение просто потому, что если вчера знакомство и деловое сотрудничество с любым из этих людей служило гарантией успеха в большом бизнесе, то теперь такая удача становится гарантией встречи с агентами ФБР. И украинский – а, фактически российский – венский заложник Дмитрий Фирташ своим новым статусом демонстрирует это каждому, кто еще не понял.
России ответить Западу нечем – можно разве что составить список американских чиновников и сенаторов, которые и в самом деле – в отличие от российских “олигархов” могут посмеяться над “симметричным ответом” или…продолжить оккупацию Украины, что может привести только к усилению санкций. При этом и сама оккупация будет стоит куда дороже, чем крымский аншлюс – в отличие от полуострова, на котором уже был размещен оккупационный контингент, в континентальную часть Украины придется вводить войска, которые вступят в боестолкновение с потенциальным противником.
Помимо самого факта неминуемых многочисленных жертв – а россияне любят парады и триумфы, а не цинковые гробы – это еще и очень накладно. А уж содержание оккупированной территории – еще дороже. Россия с большим трудом справляется с содержанием Беларуси – и это при том, что в этой стране есть своя государственная машина. А трата денег на территорию с населением в 11-12 миллионов человек и непризнанным статусом – это и вовсе непосильная ноша.
Собственно, даже и сам Крым – непосильная ноша. Уже сейчас российские экономисты предсказывают значительное увеличение государственных расходов на захваченный полуостров. Инвестировать в территорию с неопределенным статусом не будет никто – тем более при непредсказуемости российской власти. Вчера Путин говорил о территориальной целостности Украины, сегодня предлагает признать эту целостность без Крыма, завтра еще без чего-нибудь, послезавтра решит помириться с украинцами и на радостях отдаст какому-нибудь понравившемуся ему президенту и Крым, и Рим – монарх может все. А инвестор в такой ситуации не может ничего.
Поэтому Крым становится ареной для быстрого чиновничьего обогащения и траты государственных средств по образцу Южной Осетии или Абхазии – если вспомнить криминальный характер крымской власти, то даже и похлеще. При этом денег придется закачивать уйму – а новых иностранных инвестиций в это время не будет поступать не только в экономику полуострова, но и в экономику России в целом. С правовой точки зрения – и это нужно признать со всей ясностью – Путин, не захотевший превращать Крым в новую Абхазию или Приднестровье, превратил в эту новую – только очень большую Абхазию –саму Россию.





Большая Абхазия - iPress.ua