?

Log in

No account? Create an account

Entries by category: россия

В скандальном фильме Оливера Стоуна «Нерассказанная история Украины» практически не упоминается о российской аннексии Крыма, а бывший глава администрации президента Виктор Медведчук изображается главным миротворцем и политиком, который способен чуть ли не в одиночку решить все сложные вопросы российско-украинских отношений.

Но, точно так же, как в этом фильме не говорится о том, что Россия захватила Крым, не говорится в нем и о том, как именно Виктор Медведчук собирается эти вопросы решать.

Медведчук – не первый и не последний пророссийский политик, которого в Кремле воспринимают в качестве человека, способного стать альтернативой «национализму» и «радикальным настроениям» и вновь возвратить одну из бывших советских республик в российскую сферу влияния. Неясно, однако, как этот возврат состоится без решения вопроса о восстановлении территориальной целостности Украины.

В ноябре 2016 года президентом Молдовы был избран социалист Игорь Додон, который не скрывает своих симпатий к России и Владимиру Путину и встречается с российским президентом не реже Медведчука. Пока что избрание Додона и даже формирование новой правительственной коалиции, в которую вошла партия социалистов, ни на шаг не приблизило Молдову к решению проблемы Приднестровья и восстановлению территориальной целостности страны. Но теоретически мы можем предположить, что если у Путина появится желание, он может просто заставить правителей в Тирасполе пойти на воссоединение с Кишиневом. Москва признает территориальную целостность Молдовы, при всей поддержке Приднестровья ее правовая позиция никогда не изменялась.

Та же «теория» касается и Грузии – если к власти в этой стране когда-то придет откровенно пророссийская власть. С Грузией, конечно, сложнее. Россия признала независимость ее автономий – Абхазии и Южной Осетии. Но можно представить себе некую международную конференцию под российским патронатом, после которой эти территории становятся частями федеративной Грузии – с сохранением там российских воинских контингентов, разумеется. Но формально Грузия станет единой страной.

Точно так же можно решить вопрос и с Донбассом, если к власти в Киеве придет пророссийское руководство. Федерализация страны, особый статус оккупированных регионов, прямые переговоры с российскими наемниками, сохранение на территории Донбасса российских вооруженных сил и их наемников под маской «народной милиции» – обо всем этом неоднократно заявляли и Владимир Путин, и Сергей Лавров, и другие российские руководители. Не буду повторяться.

Поинтересуюсь другим вопросом – а что делать с Крымом, Крымом, который является одним из субъектов России согласно Конституции этой страны (еще одним субъектом, как известно, является Севастополь)?

В своем интервью корпорации Би-Би-Си Виктор Медведчук подчеркнул, что считает Крым украинским и говорит об этом Путину. А Путин считает Крым российским – и с точки зрения «международного права», и с точки зрения «исторической справедливости». Вообще.

Но у Виктора Медведчука, думаю, нет никакого ответа на вопрос, как решать крымскую проблему – как и у любого другого пророссийского политика в Украине. Медведчук может много говорить о российско-украинских отношениях, о Донбассе, о заключенных. Но про Крым он говорит только одно: Крым – украинский. А дальше? Готово ли будет российское руководство признать эту точку зрения даже если в Киеве появится сочувствующий Путину президент?

Давайте будем честными: не будет готово. Для Владимира Путина вопрос о Крыме закрыт еще и потому, что «присоединение» полуострова к России, уверен, – важный элемент легитимности его режима. Отказаться от этого добровольно – значит, своими руками разрушить миф о «собирателе земель».

А это означает, что вопрос «чей Крым?» будет звучать при любой украинской власти и проблема восстановления территориальной целостности Украины останется главной проблемой российско-украинских отношений.

К Виктору Медведчуку это относится так же, как к Петру Порошенко или Владимиру Зеленскому.

https://ru.krymr.com/a/vitalij-portnikov-oliver-stoun-medvedchuk-i-krym/
Парламентская ассамблея ОБСЕ в своей итоговой декларации заявила о недопустимости российской аннексии Крыма и милитаризации акваторий Черного и Азовского морей. Судя по итогам голосования, никакого противодействия у участников заседания Парламентской ассамблеи эта констатация очевидных фактов не вызвала. Российская делегация на Парламентской ассамблее пыталась сорвать принятие декларации, не пришла на голосование – но, как видим, на поддержку в ОБСЕ особо не рассчитывала. И эта ситуация, конечно же, значительно отличается от того, что мы наблюдали не так давно в Парламентской ассамблее Совета Европы, где при возвращении российской делегации о Крыме старались даже не упоминать.

И такую разницу в подходах стоит объяснить подробнее. Парламентская ассамблея ОБСЕ – наследница решений, которые были приняты в Хельсинки в 1975 году. Заключительный акт совещания в Хельсинки определил нерушимость границ европейских стран после Второй Мировой войны, таким образом, поставив точку в многолетних территориальных спорах и исключив саму возможность претензий и реванша.

Читатель может возразить, что после 1975 года границы европейских стран изменялись – и неоднократно. Но на самом деле такие изменения происходили по четко очерченным процедурам. Объединение ФРГ и ГДР состоялось согласно решениям парламентов этих двух государств – подписантов акта в Хельсинки. А распад Советского Союза, Югославии и Чехословакии проходил по границам союзных образований, которые составляли эти государства. То есть это был не распад, а развод – при том, что государственный статус союзных республик признавался международным сообществом и до Хельсинки. Иначе каким бы образом Украинская ССР и Белорусская ССР могли бы оказаться среди стран-учредителей ООН?

Во всей этой истории есть только одно исключение, на которое так любит ссылаться Россия – признание рядом стран мира независимости Косово, бывшей автономии Сербии. Но это решение было принято после насильственного выселения практически всего населения края вооруженными силами Сербии и соответствующего решения Международного суда ООН. При этом сама Россия – несмотря на то, что вскоре признала независимость грузинских автономий, Абхазии и Южной Осетии, независимости Косово не признает и считает нарушением международного права.

Но то, что реально отличает проблему Косово от проблемы Крыма – так это то, что территория Косово не была после фактического отделения от Сербии присоединена ни к одному другому государству (хотя среди косовских албанцев, разумеется, были сильны настроения в пользу объединения с соседней Албанией). А территорию Крыма Россия присоединила к своей территории. Тем самым, поставив под сомнения саму суть договоренностей, которые были подписаны в Хельсинки.

А суть эта очень проста – на территории европейского континента, которая дважды в ХХ веке становилась ареной разрушительных войн, никогда больше не будет конфликтов из-за «жизненного пространства» и сфер влияния, из-за того, кому принадлежит тот или иной регион. Ни одно европейское государство не будет покушаться на территорию другого.

Аннексия Крыма – фактические похороны Хельсинкского акта. Вот почему Парламентская ассамблея ОБСЕ не может с этим смириться.

https://ru.krymr.com/a/vitaliy-portnikov-anneksiya-krima-i-akt-v-helsinki/30045184.html
Гибель российских подводников стала главной темой новостных эфиров, и отнюдь не только российских, на фоне возвратившегося внимания к другим трагедиям советских и постсоветских времен. Прежде всего это, конечно, авария на Чернобыльской АЭС и гибель экипажа подводной лодки «Курск». Как раз недавно вышли телевизионные сериалы, посвященные этим событиям и напомнившие о главном, что их объединяет – отказе от правды.

Катастрофа на Чернобыльской АЭС стала символом окончания советской эпохи. Гибель «Курска» - символом начала эпохи Путина. В обоих случаях власти не хотели рассказывать населению правду о том, что происходило на самом деле. Но выводы были сделаны прямо противоположные.

После Чернобыля советское руководство во главе с Михаилом Горбачевым согласилось с необходимостью хотя бы дозированной гласности. То, что жители Киева и других городов, затронутых аварией, должны были получать рекомендации о собственном поведении из эфира Радио Свобода или «Голоса Америки», стало самым настоящим позором советской системы. Но гласность – как и правда вообще – оказалась для этой, построенной на тотальной лжи системы, губительной: через несколько лет после аварии на Чернобыльской АЭС Советский Союз перестал существовать, а в республиках бывшего СССР появились относительно свободные медиа.

Эти медиа впоследствии дали жесткую оценку поведению нового российского президента Владимира Путина во время аварии на «Курске». Преемник Бориса Ельцина даже не прервал свой отпуск, и Кремль не спешил с просьбами о международной помощи, хотя не имел достаточных технических ресурсов для спасения экипажа. В общем, равнодушие Путина к проблемам страны и его неготовность этой страной руководить были продемонстрированы со всей ясностью уже тогда.

Возможно, если бы в России оставались свободные медиа, у нее давно бы уже был другой президент. Однако Путин оказался Горбачевым наоборот. Он «развернул гласность» в другую сторону. Вначале были отобраны телевизионные каналы у олигархов, а затем «зачищено» практически все медийное пространство страны, так что сегодня даже интернет-сайты русских служб западных информационных корпораций должны трижды подумать о том, что и как им публиковать, чтобы Роскомнадзор не запретил их существование в российском сегменте всемирной сети. В этом смысле Путин контролирует российское информационное пространство куда точнее и тщательнее, чем КПСС – при полной иллюзии свободы.

И в истории с очередной большой аварией это сказалось в полной мере. Факт гибели высокопоставленных подводников налицо, но причины того, что произошло, остаются «государственной тайной» и, скорее всего, никогда не будут обнародованы.

Но может ли в современной России быть иначе? И могло ли быть иначе в Советском Союзе?

Советское руководство не хотело говорить правду о Чернобыльской АЭС, потому что авария разрушала один их главных советских мифов – миф о современном государстве с передовой наукой и безопасной атомной энергетикой. И в самом деле, ни до Чернобыля, ни после, таких аварий не было нигде и никогда - за исключением аварии на Фукусиме. Но она, вызванная крупнейшим в истории Японии землетрясением и разрушительным цунами, унесла жизни двоих людей, и еще один скончался через 7 лет от рака. В Чернобыле же погибли десятки людей, а число опосредованных жертв трагедии исчисляется тысячами.

Что же касается аварий на подводных судах, то Кремль не хочет и не может говорить правду по одной простой причине: его действия в Мировом океане могут нарушать и нормы международного морского права, и собственные обязательства Москвы. Возможно, в случае с «Курском» мог иметь место как раз «чернобыльский» эффект, нежелание признавать собственную беспомощность и отставание. А вот с «Лошариком», когда никого уже нельзя было спасти, зато можно было сказать правду. «Государственной тайной» могли назвать задание, исполнявшееся погибшими – задание, от знания которого у цивилизованного мира волосы могли бы стать дыбом.

Кремль отнюдь не хочет выглядеть нарушителем правил. Он просто хочет правила нарушать. И потому никакая авария и никакая гибель людей на дне океана не должна вывести российское руководство на чистую воду.

https://detaly.co.il/chernobyl-kursk-losharik/
Новый министр иностранных дел Республики Молдова Нику Попеску во время первого же визита в соседнюю Румынию стал фигурантом громкого политического скандала. Глава молдавского внешнеполитического ведомства назвал «гражданской войной» конфликт 1992 года между Республикой Молдова и контролируемым российскими войсками приднестровским регионом этой страны –​ как известно, на его территории существует самопровозглашенная Приднестровская Молдавская Республика.

Высказывание Нику Попеску стало поводом для серьезной критики – пожалуй, в этом смысле его можно сравнить с высказыванием главы офиса президента Украины Андрея Богдана о проблемах с русским языком, которые якобы испытывают жители оккупированного Россией Донбасса. Понять, почему «новые лица» и в молдавской, и в украинской власти так синхронно воспроизводят заезженные тезисы российской пропаганды, довольно трудно. Ведь это Кремль продолжает вот уже многие годы рассказывать побасенки о «гражданских войнах» на постсоветском пространстве, о «восстаниях» жителей Приднестровья, Абхазии, Южной Осетии, Крыма и Донбасса против центральных властей и их сторонников. Фактор непосредственного участия российского политического руководства и армии во всех этих конфликтах Кремлем во внимание не принимается. Но почему делают ошибки Попеску или Богдан – ведь они-то прекрасно осведомлены о сути происходящего?

И тут можно говорить не только о какой-то злонамеренной политической позиции, но о том, что чиновник – тем более впервые попадающий на серьезную должность – тоже может стать жертвой пропаганды и собственного упрощенного подхода к сложным вопросам. Тем более склонны «не видеть» российские войска те, кто рассчитывает каким-то чудом решить застарелый конфликт. И представителям новой украинской власти, и представителям молдавской правящей коалиции может казаться то, что уже казалось их предшественникам. Что они «правильно поговорят», восстановят контакт со своими соотечественниками по ту сторону линии соприкосновения и добьются восстановления территориальной целостности страны. То, что эти соотечественники живут в оккупации и никак не влияют на будущее территорий, которые хотелось бы вернуть, вытесняется из сознания. Потому что тогда нужно честно сказать себе, что ты обречен на неудачу. А какой амбициозный и неопытный политик это признает?

О возмущенной реакции украинского общества на высказывания Андрея Богдана мы хорошо знаем. Эти высказывания вынуждены были назвать «частным мнением» главы офиса даже его ближайшие коллеги. А вот реакция молдавского общества на высказывания Попеску куда более поучительна. Несмотря на то, что сам министр быстро извинился за свои неудачные слова, у этих слов нашлось немало сторонников. Оказалось, что очень многим молдаванам – в том числе и политикам, и журналистам, и популярным блогерам – хочется, чтобы российская агрессия против этой страны называлась «гражданской войной».

Потому что так – намного проще. Это позволяет не просто не думать о восстановлении территориальной целостности, но и поддерживать со страной-агрессором все более тесные связи, принимать в Кишиневе российского вице-премьера Дмитрия Козака, голосовать за возвращение России в ПАСЕ – то есть предпринимать шаги, которые прямо противоречат национальным интересам Республики Молдова. Сегодня эти шаги еще оправдываются «деолигархизацией» и борьбой с наследием предшественников. А завтра – если не будет жесткой реакции молдавского общества – можно будет опять вспомнить о последствиях «гражданской войны».

В этой ситуации мы можем увидеть будущее Украины и отторгнутых от нее регионов – если конфликт будет продолжаться годами. В Приднестровье уже выросли целые поколения молодых людей, которые никак не ассоциируют себя с Молдовой и видят будущее своего региона только в симбиозе с оккупантом. Такие же поколения молодых людей, которые просто не будут понимать, что живут на украинской земле, вскоре появятся и в Крыму, и на Донбассе. И да, в этом Нику Попеску прав – с каждым таким новым годом, с каждым таким новым поколением конфликт будет приобретать черты гражданского просто потому, что это будет конфликт между страной-сувереном и людьми, которые никогда не были ее гражданами и искренне не понимают, какое отношение их регион имеет к «соседнему» государству. И с каждым годом промедления такой конфликт будет решить все труднее и труднее, он превратится в хроническую болезнь и станет вечной проблемой государства, которую сами его жители будут стараться не замечать, не хотеть признать, что именно это главная проблема и есть. А Россия с помощью этого короткого поводка будет удерживать Украину на вечной привязи – примерно так, как сейчас удерживает Молдову.

https://ru.krymr.com/a/vitalyi-portnikov-krym-pridnestrovye-i-grazhdanskaya-voyna/30034634.html
Регламентный комитет ПАСЕ решил обратиться в Венецианскую комиссию за разъяснением относительно того, могут ли «депутаты» Госдумы России от аннексированного Крыма быть членами делегации в Парламентской ассамблее.

Между тем присутствие этих депутатов в Страсбурге является одной из важных дипломатических задач Москвы. И об этом недвусмысленно заявил глава российской делегации в ПАСЕ, вице-спикер Госдумы Петр Толстой. В интервью RFI парламентарий подчеркнул, что «если вопрос Крыма будет дискутироваться на ПАСЕ, конечно, и депутаты, избранные от Крыма, и сенаторы могут стать членами делегации и представить точку зрения крымчан на происходящее».

В этом высказывании все совершенно прозрачно. Планы Москвы на участие российской делегации в ПАСЕ, уверен, точно обозначены. Российская сторона даже не пытается обходить какие-то острые углы – например, пообещать просто пригласить «коллег» с оккупированной территории на дискуссию о статусе Крыма или о нарушении прав человека на полуострове. Нет, как видим, главное намерение Кремля – ввести крымских «депутатов» и «сенаторов» (то есть прямых представителей российской законодательной и исполнительной власти полуострова) в состав российской делегации и заставить коллег из других делегаций согласиться с фактической легитимизацией оккупации. И в самом деле – если отменили санкции ПАСЕ за Крым, то почему бы с крымскими «депутатами» не познакомиться?

И это, думаю, именно то, ради чего российская делегация хотела вернуться в ПАСЕ при условии полной отмены санкций против России, почему шантажировала организацию отказом от участия в работе сессий Ассамблеи, неуплатой членских взносов и даже готовностью покинуть Совет Европы. На протяжении всех этих лет западные парламентарии задавались вопросом: почему их российские коллеги не приезжают в Страсбург, не защищают свою позицию, не пользуются возможностями трибуны Совета Европы? Это обида или гордость? Или непонимание важности диалога?

А это, уверен, была никакая не обида, а точный расчет. Если ПАСЕ капитулирует перед Россией, если будет изменена сама процедура участия национальной делегации в работе ПАСЕ и ее формирования, то появится возможность провести «крымских депутатов» на международную арену уже не с черного хода – как на многочисленных «культурно- просветительских» мероприятиях разных фондов и представительств – а с парадного подъезда. Провести через вход для депутатов ПАСЕ. А тем, кто сомневается, презрительно бросить, как это делает в своем интервью Петр Толстой: «Не признавать Крым российским – это все равно что не признавать объединение Германии».

И вот после решения Парламентской ассамблеи о возвращении российской делегации этот план начал осуществляться. И остается под вопросом, сможет ли теперь остановить российский напор Венецианская комиссия.

https://ru.krymr.com/a/vitalij-portnikov-rossiya-povezet-krymskih-deputatov-v-strasburg/30022966.html
Решение, которое в ночь на 25 июня было принято на сессии Парламентской ассамблеи Совета Европы, очевидно, связано отнюдь не только с готовностью ведущих стран континента согласиться с отменой санкций против российской делегации и возвращением России в ПАСЕ. В первую очередь оно связано с Крымом.

Ограничения, которые были наложены на российскую делегацию, подразумевали прежде всего наказание за вопиющее нарушение международного права – аннексию части территории суверенного государства. Собственно, и первые санкции, которые были введены против России Европейским Союзом, Соединенными Штатами и другими государствами, были связаны именно с этой аннексией.

Сейчас ПАСЕ сознательно отказывается от этих ограничений. Более того, само решение, которое позволяет российской делегации триумфально вернуться в зал заседаний Парламентской ассамблеи, одновременно запрещает ПАСЕ вмешиваться в процесс формирования национальных делегаций стран-участниц. Это означает, что Федеральное собрание России может в любой момент включить в состав своей делегации членов Совета Федерации и депутатов Государственной Думы, которые представляют в парламенте «Республику Крым» – «субъект федерации», само существование которого не признается ни одним государством мира, кроме, собственно, самой России.

Считать, что такое решение было принято в ПАСЕ по недосмотру, было бы наивным. Механизм решений, которые позволят России возвратиться в ПАСЕ, прорабатывался на протяжении нескольких месяцев с участием не только депутатов, но и аппарата ПАСЕ, и представителей исполнительной власти стран, которые заинтересованы в нормализации отношений с Кремлем – прежде всего Германии и Франции. Но возникает вопрос – а зачем сторонникам возвращения России в ПАСЕ такая фактическая легитимизация крымского присутствия на международном уровне?

На этот вопрос не так сложно ответить, если понять, что само решение о возвращении российской делегации в ПАСЕ – часть плана по нормализации отношений Запада с Кремлем при одновременном непризнании российских решений относительно Крыма. По сути, это удивительным образом напоминает «балтийский вариант» – отношение Запада к оккупации Советским Союзом балтийских стран.

По окончании Второй мировой войны, когда на территории Латвии, Литвы и Эстонии вновь оказались оккупационные советские войска и был восстановлен номинальный статус «республик Советской Прибалтики», многие страны Запада, включая Соединенные Штаты, продолжали настаивать на незаконности включения этих территорий в состав СССР. Латвия, Литва и Эстония продолжали оставаться на политических картах мира, работали некоторые их дипломатические представительства, признавались выдаваемые этими представительствами паспорта.

Но при этом отношения западных стран с Советским Союзом продолжали строиться так, как будто этой проблемы не существует. Отношения – отдельно, оккупация – отдельно. Более того, чиновники из «республик Советской Прибалтики» – то есть, по сути, представители оккупационных властей – неизменно присутствовали в составе советских делегаций, которые посещали различные международные мероприятия.

Председатель президиума Верховного Совета Латвийской ССР или Литовской ССР одновременно был одним из заместителей председателя президиума Верховного Совета СССР (как и другие руководители «парламентов» союзных республик). С протокольной точки зрения это означало, что такой чиновник на протяжении нескольких месяцев мог работать не в Риге или Вильнюсе, а в Москве в качестве формального руководителя государства. И в этом качестве принимать верительные грамоты от послов стран, которые не признавали вхождения балтийских стран в состав СССР и воспринимали его в качестве представителя оккупантов. Но грамоты – вручали.

И вся эта, мягко говоря, двусмысленная ситуация продолжалась до начала 90-ых годов прошлого столетия, когда в балтийских странах стали принимать решения о восстановлении своей независимости, а страны Запада были вынуждены эти решения поддержать – и то не сразу, потому что опасались, что курс Балтии на независимость помешает горбачевской «перестройке». То есть и в этом случае интересы государства-оккупанта, считаю, оказались для цивилизованного мира важнее, чем интересы порабощенных им народов и оккупированных территорий.

Так вот в ситуации с отменой санкций против российской делегации в ПАСЕ Западом, похоже, сделан первый и очень важный шаг именно к такому прочтению будущих отношений с Кремлем. Аннексия Крыма и оккупация Донбасса могут и далее осуждаться и не признаваться, но этим отношениям мешать не должны.

https://ru.krymr.com/a/vitaliy-portnikov-krym-i-baltijskij-variant/30019321.html

Джентльмены сдачи

Решение Парламентской ассамблеи Совета Европы о возвращении российской делегации к полноправной работе в ПАСЕ без выполнения ею каких-либо условий, поставленных ранее этой организацией, - не просто успех кремлевской дипломатии. Это демонстрация неспособности современного Запада противостоять силе, которая игнорирует международное право, и неготовности это право защищать.

Изгнание России из ПАСЕ - один из распространенных мифов, которые поддерживались кремлевской пропагандой на протяжении длительного времени, а теперь еще и тиражируются западными политиками - сторонниками возвращения. Россию никто никогда не изгонял из ПАСЕ. Санкции, которые были наложены на эту страну после оккупации ею Крыма и Донбасса, предусматривали всего лишь ограниченное участие российской делегации в процедурах ассамблеи. Никакого другого инструмента, для того чтобы продемонстрировать свое отношение к вопиющему нарушению международного права, у ПАСЕ просто нет.

Отказаться от участия в работе ассамблеи решила сама Россия. Это не ПАСЕ ставила ультиматумы Москве, а Москва - ПАСЕ. Это спикеры Государственной думы - вначале Сергей Нарышкин, а затем Вячеслав Володин - шантажировали приезжавших в Москву руководителей ассамблеи тем, что российская делегация не вернется к работе в ПАСЕ без полного снятия любых ограничений на ее пребывание в организации. Это в Москве решили перестать платить членские взносы в СЕ и таким образом "завербовали" чиновников из аппарата организации. Это в Москве стали подводить ситуацию к исключению страны из СЕ, чтобы поставить международное сообщество перед простым выбором: либо с Россией без санкций, либо вообще без России.

Кремль в этой ситуации действовал как банальный шантажист, все время повышающий ставки в надежде, что рано или поздно клиент испугается и сдрейфит. И решение ПАСЕ подтвердило правильность такого подхода. С Западом не нужно договариваться. Запад нужно шантажировать.

Заверения в том, что на самом деле ничего особенного не случилось, что речь идет исключительно о поддержании жизнеспособности одной-единственной международной организации, в которой важно "разговаривать" с Россией, не имеют под собой никаких оснований. Судя по откровенному высказыванию президента Франции Эмманюэля Макрона на совместной пресс-конференции с президентом Украины Владимиром Зеленским, по тому, как отвечали на вопрос о возвращении России в ПАСЕ федеральный канцлер Ангела Меркель и премьер-министр Великобритании Тереза Мэй, решение о возвращении России в организацию принималось отнюдь не депутатами. Оно было согласовано на самом высоком уровне. Это не просто Запад и его общественное мнение устали от противостояния с Кремлем. Это лидеры западных стран устали от противостояния с Кремлем, так ничего и не добившись от Путина.

Потому что Крым остается аннексированным, Донбасс - оккупированным. А Россия уже возвращается, и отмена санкций против нее в ПАСЕ может быть только началом отказа Запада от хотя бы символического сопротивления Москве.

К какого рода последствиям может привести такая "усталость", сейчас остается только догадываться. Впрочем, перед нашими глазами уже есть примеры умиротворения Рейха перед началом Второй мировой войны и постоянные попытки договориться с Советским Союзом по ее окончании. В обоих случаях аппетит Гитлера и советских вождей только повышался, а границы оккупированных ими территорий и сфер влияния только расширялись.

С агрессором нельзя договориться. Его можно только раззадорить.

https://graniru.org/opinion/portnikov/m.276732.html
Олигархические режимы на постсоветском пространстве один за другим демонстрируют непонимание политических реалий и народных настроений. После Молдовы, где контролировавший страну на протяжении многих лет бизнесмен Влад Плахотнюк утратил власть, пришел черед массовых протестов в Грузии. Поводом оказался визит российской парламентской делегации на сессию некоей Межпарламентской ассамблеи православия, и появление главы этой ассамблеи, депутата Государственной Думы России Сергея Гаврилова, в кресле спикера грузинского парламента.

Грузия, которая находится достаточно далеко от Молдовы, «устроена» практически также – по крайней мере, как Молдова во времена Влада Плахотнюка. И в той, и в другой стране есть всесильный олигарх: в Молдове это был Плахотнюк, в Грузии – Бидзина Иванишвили, который возглавляет правящую партию, а на деле оказывает влияние на все институции. При этом сразу же после прихода к власти Иванишвили возглавлял правительство, а Плахотнюк очень хотел стать премьером, но теневое руководство оказалось куда эффективнее.

И там, и там сила режима держится на страхе коррумпированных политических элит – причем не только провластных, но и оппозиционных – перед хозяином страны и его возможностями. И там, и там ведущие политики из лагеря оппонентов – причем на уровне бывших премьер-министров – сидят в тюрьме за злоупотребление властью, но все прекрасно понимают подлинные причины этого наказания и то, кто его определил.

И самое важное: и Молдова, и Грузия – это страны, часть территорий которых с 90-х годов прошлого века находится под российским контролем. Властям, таким образом, удается использовать западную поддержку странам, пострадавшим от оккупации, но при этом сохранять режимы «наших сукиных детей» и искать пути заработка уже во взаимоотношениях с Кремлем. Понятно, что об эффективности таких режимов говорить не приходится. Но не приходится говорить и об адекватности их создателей.

Влад Плахотнюк просчитался тогда, когда не допустил даже теоретической возможности, что его оппоненты договорятся, и их союз поддержат в Вашингтоне, Москве и Брюсселе. Бидзина Иванишвили допустил другую ошибку. И это вовсе не появление российского депутата в кресле спикера парламента Грузии – тут об ошибке говорят и сам Иванишвили, и его соратники, и оппозиционеры. Ошибкой была думать, что можно «втихую» легитимизировать визит в Грузию парламентской делегации страны, оккупирующей грузинские территории. Визит, якобы, на международный форум – непонятно чего и непонятно зачем, но очень престижно для маленькой страны. А если престижно, то нельзя же сорвать такое важное мероприятие отказом принять делегацию одной из стран-членов, да еще и православной до краев!

Этот хитроумный план, который должен был в будущем помочь улучшению отношений Тбилиси и Москвы – очевидно, прежде всего экономических – мог быть сорван любым случайным обстоятельством, любой деталью. И когда депутат Сергей Гаврилов забрался в кресло грузинского спикера, земля разверзлась.

Бидзина Иванишвили получил массовые протесты оппозиции, отставку спикера парламента, всеобщий народный гнев и срыв туристического сезона, вызванный запретом Владимира Путина на полеты в Грузию и отказом Ростуризма продавать путевки в эту страну. И это только начало кризиса.

Можно, конечно, предположить, что Иванишвили удержится. Но адекватности это ему не прибавит. Потому что это — не его личная неадекватность.

Олигархическое правление на постсоветском пространстве исчерпало себя еще до того, как подошел к концу век авторитарных режимов Путина, Лукашенко и Назарбаева. Олигархи оказались мельче и недальновиднее, чем откровенные диктаторы. И теперь остается только следить, как они будут проваливаться – в Молдове, в Грузии, а в ближайшее время и в Украине, где новый президент Владимир Зеленский по-прежнему ассоциируется у многих со своим многолетним партнером Игорем Коломойским и другими украинскими олигархами.

Уже через несколько месяцев эта «ассоциированность», которая помогла олигархам усилить свое влияние после президентских выборов 2019 года, приведет к серьезному конфликту между государством и олигархами, прежде всего — тем же Коломойским. Но государство не проиграет по одной простой причине: на его стороне, как и в истории с Молдовой (а, может быть, вскоре и с Грузией), окажутся Запад и Кремль. И в Вашингтоне, и в Москве начинают приходить к пониманию, что лучше договариваться – или враждовать – с институциями, чем пытаться найти общий язык с постсоветскими феодалами ХХІ века.

https://detaly.co.il/ob-oligarhah-i-utrate-adekvatnosti
Украинский и российский омбудсмены договорились о создании рабочей группы по освобождению украинских и российских граждан, которые находятся в тюрьмах двух стран. Это, конечно, отрадный знак, однако дьявол, как обычно, будет прятаться в деталях.

С украинской стороны, уверен, нет никаких проблем: в Киеве точно знают, какие граждане Российской Федерации находятся в украинских тюрьмах и готовы передать их российской стороне. Об этом, по словам уполномоченного Верховной Рады по правам человека Людмилы Денисовой, говорит новый президент Украины Владимир Зеленский, об этом говорил и его предшественник Петр Порошенко.

Но у российской стороны представления о том, кого следует освобождать, как видим, значительно отличаются от украинских. Отличаются хотя бы уже потому, что в России сами решают, кого считать украинскими гражданами, а кого нет. Например, Олег Сенцов по версии Кремля – гражданин Российской Федерации и никакого отношения к обмену иметь не может. Разумеется, россиянами считаются многие задержанные в Крыму украинцы – просто потому, что Россия предоставила свое гражданство жителям аннексированного полуострова, не интересуясь их желаниями и даже тем, сохранили ли они украинские паспорта. Но даже если и сохранили – все равно в России они россияне. И даже если этого не признают – все равно россияне.

А вот к украинским гражданам, которых незаконно удерживают на территории оккупированных районов Донецкой и Луганской областей Россия вообще никакого отношения иметь не хочет. Они – украинцы, это в Москве признают. Но и удерживают их тоже украинские граждане – ну или «граждане народных республик». Это же, по версии Кремля, внутренний конфликт, вот и договаривайтесь в Минске до бесконечности. Вернее, не до бесконечности, а очень просто: вначале особый статус оккупированных районов, а потом – пленные.

Но и это еще не конец проблем, которые, думаю, поджидают рабочую группу. Потому что Москва не только сама решает, кого считать россиянами в своих тюрьмах, но и определяет, кто является гражданами России в тюрьмах Украины. Или просто требует освобождения украинских граждан, которые верой и правдой служили Москве. Они не россияне, нет. Наверное, просто Кремлю так хочется.

Потому что все зависит, как говорят в Москве, только от президента России Владимира Путина, а не от омбудсмена Татьяны Москальковой. И мы в этом убедились по процедуре освобождения журналиста Ивана Голунова. Председатель совета директоров «Новой газеты» Дмитрий Муратов рассказал, что решение об освобождении журналиста и прекращении против него дела принимал лично Путин после встречи с Москальковой. А уже потом подключились суды и МВД. И российская система, как видим, работает именно так – вначале Путин, а потом уже все остальное.

Поэтому список, который российская сторона передаст украинской для освобождения из тюрем, уверен, будет «списком Путина». И список тех, кого Кремль будет готов освободить, тоже будет «списком Путина». И решать, кто там чей гражданин, вероятно будет Путин – захочет, подпишет указ, даст гражданство, как он делал это уже не раз – вот тебе и россиянин в украинской тюрьме! И «отдавать» заложников Путин будет тому, кому захочет – как отдавал их Виктору Медведчуку.

Рабочая группа с российской стороны, похоже, сможет разве что озвучить список, который предложат в Кремле. Но она вряд ли будет правомочна хоть что-то в нем изменить.

https://ru.krymr.com/a/vitaliy-portnikov-vse-budet-zaviset-ot-putina/29998822.html

Тоска по югу

Глава российского внешнеполитического ведомства Сергей Лавров неожиданно много места на своей пресс-конференции уделил небольшой балканской стране, которая теперь будет называться Республикой Северная Македония. Лавров поставил под сомнение легитимность процесса переименования страны и связал его с желанием США "загнать все балканские страны в НАТО поскорее и прекратить какое-либо влияние России в этом регионе". Перед этим российский МИД выступил с официальным заявлением, в котором утверждается, что решение македонского парламента о переименовании страны "не является отражением воли народа".

Замечания Лаврова о нелегитимности процесса переименования не выдерживают никакой критики. Македонский парламент прошел через три этапа внесения изменений в основной закон страны, предусмотренных конституционной процедурой. Референдум о переименовании, на который так любят ссылаться критики этого решения, был признан несостоявшимся из-за низкой явки македонских граждан - но те, кто дошел до избирательных урн, в подавляющем большинстве своем проголосовали за, а не против. Так что утверждать, что парламент Македонии игнорирует волю народа, это обычная российская дипломатическая ложь.

Чью волю македонский парламент действительно проигнорировал - так это волю Кремля. В Москве сделали все, и даже больше, чтобы сорвать историческое соглашение Греции и Македонии. Связанный с Россией президент Македонии Георги Иванов - креатура сбежавшего из страны бывшего прокремлевского премьера-коррупционера Николы Груевского - отказался подписывать закон о переименовании и призывал соотечественников к бойкоту референдума. Когда стало ясно, что македонскому правительству удастся найти голоса для конституционных изменений, в Москве попытались свалить правительство давнего друга России, греческого премьера Алексиса Ципраса. После визита в Москву в октябре прошлого года и встречи с Сергеем Шойгу коалиционный партнер Ципраса, министр обороны и лидер правопопулистской партии "Независимые греки" Панос Камменос стал готовиться к выходу из правительства - что должно было лишить Ципраса большинства и сделать невозможным ратификацию соглашения с Македонией в греческом парламенте. И вот только в среду стало известно, что Ципрас устоял и шансы на ратификацию сохранились.

Когда Лавров рассказывает о воле македонского народа, он должен был бы вспомнить, как к этому народу в Москве относились все последние семь с лишним десятилетий. В Советском Союзе и слышать не хотели ни о какой Македонии и македонцах, так как дружили с Болгарией, чье руководство последовательно отрицало сам факт существования такого народа и его языка. Когда социалистический лагерь распался и Македония получила независимость, на первый план вышли российские отношения с Грецией, отрицавшей само название страны. И даже когда в Македонии вспыхнул этнический конфликт - а армия этой страны оказалась практически безоружной перед албанскими повстанцами, - то оружие Македонии поставляла не Россия, а Украина. Такие вот, прошу прощения, "братушки".

О Македонии в России вспомнили только тогда, когда появилась идея провести по ее территории часть маршрута газопровода "Турецкий поток" и наказать строптивую Болгарию, а заодно и предотвратить вступление балканской страны в ненавистное НАТО. Греция это вступление последовательно блокировала, возражая против названия Македонии.

Лавров прав, что переименование снимает проблему. Но отнюдь не только эту - переименование ставит точку в многолетнем региональном конфликте, позволяет Македонии стать равноправным партнером своих соседей. И самое главное для македонцев: все эти десятилетия Греция и слышать не хотела о самой возможности сохранения слова "Македония" в названии страны, а македонцев называла "славянским населением Скопье". А теперь и Македония останется Македонией, пусть и северной, и македонцы - македонцами, и их язык - македонским.

Удержать Македонию в российском капкане не получилось. Осталось только тосковать. Тосковать по югу. Но и это не ново. 170 лет назад вот так же тосковал в Москве великий македонский поэт Константин Миладинов, оставивший нам впечатляющий портрет российской столицы:

Темень и мрак здесь все обвевает,
Черная мгла землю всю покрывает...
Лед и мороз и вечные вьюги,
Воют ветра в бесконечном круге.
Холод и стужа над землей нависли.
И в душе моей темные мысли...

(Перевод мой.)

Вот эти самые темные мысли не дают покоя Сергею Лаврову. А потомкам Миладинова, кажется, удалось убежать прочь от Москвы.

https://graniru.org/opinion/portnikov/m.274734.html

Latest Month

July 2019
S M T W T F S
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031   

Tags

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com
Designed by chasethestars